Великая Неделя покаянья.

Особый колокольный «красный» звон.

На службе чтим «Мариино стоянье»,

И чтём Андрея Критского канон.

Посильный подвиг верящих и бдящих —

Смиренье плоти и духовный рост.

Поддерживает Церковь всех скорбящих,

И утешает нас в Великий пост.

Любовь и милосердие Господне  

Для грешников – прощения венец.

Египетской Марии день сегодня,

Явившей покаянья образец.

1

Жила она в Египте в пятом веке,

Покинула семью в двенадцать лет,

Была себялюбивость в человеке,

Гордыня – мать грехов, источник бед.

Не удержали ближние Марию,

Оставила она родимый дом,

Ушла в столичный град – Александрию

И занималась блудным ремеслом.

Богатства, деньги, яркие наряды,

Вино, мужчины, оргии, успех, 

Ей нравилось ловить мужские взгляды,

Блудница полюбила страсть и грех.

Она жила беспечно и счастливо,

И огорчаться не было причин;

Распутной, своенравной и красивой,

Совсем нетрудно соблазнять мужчин.

Семнадцать лет жила в плену разврата,

Её пьянил распутства сладкий яд,

Не помышляла, что грядёт расплата,

Плоды разврата – смерть, страданья, ад.

Стояло лето, было время жнива,

В порту Мария встретилась с толпой,

На парусник входившей торопливо,

И попросила взять её с собой.

 «Куда, зачем спешите вы сегодня?»

«Спешим на праздник в Иерусалим:

Грядёт Креста Воздвиженье Господня».

Распутница тотчас примкнула к ним.

«Я с ними доплыву до Палестины,

Конечно, буду делать, что хочу, –  

Подумала она, – везде мужчины,

За плаванье собою заплачу».  

Вот добрались до Иерусалима.

Толпа людей, забыв про суету,

Какой-то высшей силой озарима,

Пошла к Животворящему Кресту.

Господень Храм. В народе оживленье.

Чтобы омыть грехов нечистоту,

Паломники с молитвами, в волненье,

Всё шли и шли к Заветному Кресту.

Мария же, скорей из любопытства,

Войти хотела в Храмовый Притвор,

Куда весь православный люд стремился…

Но вдруг – стена незримая – затвор!

Мария снова в Храм упрямо рвётся, –

Опять стена – незримая стена.

Уж полдень, а войти не удаётся!

И, всё поняв, заплакала она.

Бог показал предел её паденья,

Закрыв перед блудницей двери в Храм.

Пред нею, удостоенной презренья,

Вдруг озарились мерзости и срам!

Мария горько, громко зарыдала:

Рвалась душа, метался ум пустой;

Из темноты луч света увидала – 

Марии Девы Образ Пресвятой.

Взмолилась: «Помоги, Святая Дева!

Перед Распятым Сыном поручись.

Дай мне коснуться Пресвятого Древа,

Покаяться в грехах, исправить жизнь!

Моё паденье мне открылось ныне,

Сама моей Спасительницей будь!

 Впусти во Храм, под сень живой Святыни,

И укажи для очищенья путь!»

И сжалилась над грешницей Марией,

Не устающей, плача, умолять, –  
Тотчас святые своды отворила
Пречистая Мария – Божья Мать.
Египетская Крест облобызала,
Поняв своё ничтожество сейчас,
Внезапно обернулась, услыхала
Идущий от иконы тихий глас:
«В отшѐльничестве от грехов спасайся,
Господень Крест вам для спасенья дан,
Пади пред Богом, искренно покайся,
В пустыню уходи, за Иордан».
Египетская даже обомлела,
Душа страдала от греховных ран,
Ослушаться, однако, не посмела – 
На судне плыть решила в Иордан.
Ей люди медяки давали в руки,
С собой купила хлѐбы у ворот,
В душе и сердце затихали муки.
Дорогу странствий ей Господь даёт.
На судне тихо плакала, молилась,
Сошла на пристань молча, приплыла.
Там в местной церкви Таин причастилась.
Потом исчезла, но не умерла.
2
Пути Господни неисповедимы.
В пустыне Божий Дух и в алтаре.
У старца преподобного Зосѝмы
Неспешно дни текли в монастыре.
В обители безлюдной и пустынной
Зосима подвизался с юных лет.
Ни деланьем, ни помыслом бесчинным
Ни разу не нарушил свой обет.
Усердный, терпеливый, богомольный,
Монах христолюбивый был смущён
Одной греховной думой своевольной:
«Найдётся ль кто-то праведней, чем он?»
Святой Зосима жаждал подтвержденья,
Ответа размышлениям своим.
Принёс однажды Ангел повеленье,
Велел идти Зосиме вслед на Ним:
«Оставь монастыря родные стены.
При Иордане обретёшь приют,
Там иноки-монахи совершенны:
Молитвой непрестанною живут».
Они прошли пустыни и селенья,
И вот Прииорданье – вдаль и вширь.
Исполнил Божий Ангел повеленье:
Доставил в Иорданский монастырь.
Обрадовались братия Зосиме.
Устав монастыря суров и прост.
Служил, трудился преподобный с ними.
В пустыню все пошли в Великий пост.
Поста недели скоро миновали.
Жара да купол неба голубой. 
Святой молился, путники отстали,
И тут Зосима встретился с судьбой.
Ко сну клонился, тяжелели веки,
Вдруг встрепенулась чуткая душа,
Метнулась тень как будто человека,
Монах перекрестился, чуть дыша.
Но, как виденье, тотчас тень пропала,
Потом вдруг стала чётче и ясней,
Увидев старца, в страхе побежала,
Как будто перед нею был злодей.
Но старец быстро бросился в погоню,
И тень остановиться умолял.
Бежал и падал, думал – не догонит,
Остаток силы на бегу терял.
Внезапно тень сама остановилась,
И женщина, нага, худа, черна,
Пред взором преподобного явилась,
Заговорила первая она:
«Я вижу, старец, ты монах неложный,
Святой Зосима, дай мне твой хитон,
Я – женщина, укрыться дай ничтожной».
И, удивлённый, всё исполнил он.
«Откуда она знает моё имя?
Ей, видно, прозорливость дал Господь:
Стяжала дар деяньями земными,
Живёт в пустыне, усмиряет плоть».
А женщина улыбкой осветилась,
Хитон убогий наготу покрыл,
Несмело подошла и поклонилась,
И попросила, чтоб благословил.
Потом, поправив волосы седые,
Спросила: «Ты моих советов ждёшь?
Что хочешь ты от грешницы Марии?
Зачем в пустыню в дальний путь идёшь?»
Зосима опустился на колени:
«Благослови меня, святая мать.
Подай молитву, дай благословенье.
Я вижу: ты снискала благодать».
Ему в ответ пустынница сказала:
«Святой Зосима, ты приносишь дар,
Тебе благословлять бы надлежало,
Священства сан тебе Всевышний дал.
Не мне давать святому наставленья.
Наставь на путь, священный иерей».
«Постой, постой! – воскликнул он в волненье, – 
Не уходи, отказывать не смей!
Я вижу, что полна ты благодати,
Всё знаешь прозорливо про меня.
Откройся мне, наставь, седая мати», –
Зосима плакал, голову склоня.
Плач полоснул её острее бритвы,
Она, оборотившись на восток,
Прочла свои вечерние молитвы
И, молча, опустилась на песок:
«Скажи мне, как живут сегодня страны?
Доволен ли властями люд простой?
Гонимы или мирны христиане,
Крепки ли души верою святой?»
 «Да, слава Богу! Люди крепки, сыты,
Со славой в Риме правит новый царь,
Все Храмы православные открыты,
Не гонят христиан, как было встарь.
Прошу тебя, молю тебя, Мария,
Дай слово утешенья для души,
Про жизнь свою, про подвиги святые
Без утаенья старцу расскажи».
Смущённая отшельница молчала,
Но не решалась старцу отказать.
Давно людей Мария не встречала.
Зачем отказом инока терзать?
Седая прядь волос с лица упала.
«Тебе бы лучше обо мне не знать.., – 
Всю жизнь ему открыла и сказала, –
Ты вправе меня, грешную, прогнать.
Ведь я змеи гремучей хуже ныне,
Сражаюсь с искушеньем до крови. 
Бог сорок восемь лет меня в пустыне,
Хранит Глаголом Истинной Любви».
Мария смолкла. Быстро потемнело.
С Небес святых на них глядел Господь.
Как этих слов душа ждала, хотела!
«Но чем в пустыне ты питала плоть?»
«Кора, коренья, травы, чечевица,
Плоды растений, финики и нут.
Духовной пищей можно насладиться.
Ни голод, ни жара страшнее тут.
Гнездились в сердце страстные желанья,
Хотелось так, что не могла терпеть.
Бросалась ниц в неистовом рыданье,
И столько раз хотелось умереть.
Мужчины, вина, пища, развлеченья, – 
Всего хотелось! Спорила с собой,
Переносила страшные мученья,
И с бесами вела незримый бой. 
Истлело платье, кожа огрубела,
Порой казалось: силы больше нет,
Состарилось и почернело тело.
Но Бог не дал нарушить мне обет.
«Через тебя Всевышний посылает
Терпенья подвиг, покаянья свет,
Смиренье неподдельное внушает
 Даёт на вопрошанья мне ответ».
Глубоким, долгим было покаянье!
Священник все грехи ей отпустил.
За покаяньем было воздаянье:
Подвижницу Зосима причастил.
Она сказала: «Дева Пресвятая,
Спасает предстоянием Своим.
Служи, постом и словом назидая,
Ступай с благословением моим.
Я рада, что святого повстречала.
Ты – здравствуй, Слову Божьему внемли».
Потом Писанья тексты прочитала,
На локоть поднимаясь от земли.
На следующий год оставь пощенье.
Поправишься к Страстному четвергу.
На Иордане дай мне причащенье.
Придёшь и жди меня на берегу.
А через год приди на погребенье,
Дай телу моему земной покой».
И, воспарив, ему на удивленье,
Как посуху прошла по-над рекой.
Ей вслед Зосима низко поклонился
И отошёл от Иорданских вод;
Усилил подвиг, истово молился,
Хотел пойти в пустыню через год.
Но, как и прорекла ему Мария,
Не смог пойти из-за болезни ног.
Его в монастыре отговорили.
К реке пришёл в Великий четвертог.
Уж к Светлой Пасхе время шло привычно,
Все иноки вернулись ровно в срок,
Христа Дарами вместе, как обычно,
Все вричащались в Чистый четвертог.
Зосима шёл по каменистым склонам,
И святостью, и солнцем осиян,
Дары Христовы нёс он под хитоном
Внизу шумел, струился Иордан.
Мария тихо к берегу сходила,
Извилистою узкою тропой,
Крестом широким воду осенила
И в путь пошла над бурною водой.
Восторг и счастье! Радость и блаженство!
Недуг его как будто бы исчез.
«Как, грешный я, далёк от совершенства!
Господне чудо! Чудо из чудес!»
Обрадовалась старцу, помолилась,
Передала всей братии привет,
Потом Христовых Таин причастилась,
И осветил морщинки тихий свет.
Длань окропив слезами расставанья,
Поправила Мария ветхий плед,
Напомнила отцу про обещанье:
Вернуться вновь на место их бесед.
Крестом широким старца осенила,
Поток бурлящих Иорданских вод,
По воздуху назад засеменила.
Мария знала: в эту ночь умрёт.
3
Вот через год на место первой встречи
Зосима шёл в тревоге и тоске.
И у ручья нашёл уже под вечер
Её святое тело на песке.
Журчал ручей, и трепетали тени
От облаков плывущих и дерев,
Со вздохом пал Зосима на колени:
Плоть не истлела, даже умерев.
На светлом лике ангела пустыни
Печать Своей Любви оставил Бог,
Марии душу упокоил ныне,
Избавил от страданий и тревог.
Отшельница лишеньями, скорбями
И покаяньем обрела покой.
А на песке, нетронутом ветрами,
Начертано Марииной рукой:
 «Ты погреби, отец Зосима, тело,
Молись, чтобы Марию Бог простил.
Я здесь скончалась первого апреля,
В ту ночь, когда меня ты причастил.
Предай меня земле на месте».
Зосима думал: «Чем же мне копать? – 
Нельзя не оказать усопшей чести.
Но что же делать? Как мне поступать?»
 Взмолился старец: «Господи помилуй!
Подвижница велела, умерев,
На этом месте выкопать могилу».
Вдруг рядом с телом появился лев.
Когтями стал копать, что было силы
И немощному иноку помог.
Марии хищник выкопал могилу, 
И лёг в изнеможение у ног.
О житие подвижницы незримой,
И как о тайном подвиге узнал,
Вернувшись в монастырь, святой Зосима,
Игумену и братьям рассказал.
Перед святым Зосимой люд склонялся:
Непререкаем был авторитет.
Из уст в уста рассказ передавался.
Марии воздавали пиетет.
Осанна вам, подвижники святые!
Вы перед Богом помолись о нас.
Святая преподобная Мария,
К тебе мы притекаем в трудный час.
Бог — рядом, Он нас любит и прощает:
Порочных, погибающих, дурных, —
Возводит падших, грешных очищает
И исцеляет немощи больных.
Да будет пост Марииным стояньем,
Очистит души покаянный плач.
Иисус Христос пришёл принять страданья.
Ты – чадо, друг Христов или палач?
Премудрость Божья да коснётся слуха: 
Он – с нами – на Кресте и под Крестом.
А наше тело – храм Святого Духа,–
Очистим храм молитвой и постом!