На землю сыплет мокрый снег,
Холодной хлещет пеленою.
Уходит век, двадцатый век,
Разверзлось небо над страною.
Как будто хочет замести
Следы побед и поражений,
И в новом веке нас вести
Путём без горя и лишений.
Прости, о Господи, Ты вновь,
Грехи Руси. Теперь и прежде
Поправим веру и любовь,
Даруй прощенье и надежду.
Да будет мирным новый год
И бодрым, словно запах ели!
Пусть век грядущий принесёт
Всего того, что вы хотели.
Здоровье, мир, надёжный дом,
Детишек радостные лица.
Пускай за праздничным столом
Всегда шампанское искрится,
И серость будней расцветёт
Огнями сказочных соцветий.
Стоит в раздумье Новый год
На рубеже тысячелетий.
Мы никогда больших щедрот
Себе у Бога не просили.
Пусть благоденствует народ,
И возрождается Россия!

Декабрь 2000

---

Золото России

Давно повелося народом простым
Всё лучшее в жизни считать золотым:
И добрый характер, и солнца лучи,
Умелые руки, и звёзды в ночи.
О Русь, — городов золотое кольцо,
Златых куполов пресвятое лицо,
И предков земля, и родительский кров,
Народная вера, душа и любовь!
Хлеба золотые и речь мудреца,
И два золотых обручальных кольца,
Сокровища гор и бескрайних полей,
Богатые недра равнин и морей.
Я верю, Россия, родная страна,
Грядут золотые твои времена.
Уйдут с половодием нечисть и хлам,
А всё золотое останется нам:
Руси городов золотое кольцо,
Златых куполов пресвятое лицо,
И предков земля, и родительский кров,
Народная вера, душа и любовь!

2001

---

К 300-летию Санкт-Петербурга

Санкт-Петербург — Ленинград — Петербург —
Русская летопись, город-мессия.
Санкт-Петербург — Ленинград — Петербург—
Символ побед и падений России.
Крепость приморской торговой страны.
Мысли веков, воплощённые в стиле.
В имени светлом твоём сплетень
Вера и мощь европейской России.
Праведных замыслов Бог не отверг!
Гения силой Петра удостоил:
Град основал он, как царь и стратег,
Как вдохновенный художник построил.
Сети каналов, речушек, мостов,
Улицы, парки, сады растянулись;
Храмы, соборы, фасады дворцов
В Невскую водную синь окунулись.
Новой столицей Руси воссиял,
Путь озарил в полудикой пустыне.
Истины светом Господь осенял
Символ великой народной святыни.
Зодчих творенье и веры гранит,
Русский размах, красота и отрада.
Издревле города душу хранит
Дух возрождённого Китежа-града.
Выстоял ты и низвергнул врагов,
Город бессмертия, труженик, воин,
Здравствуй и славься во веки веков,
Славы своей ты по праву достоин!
С праздником Города, жители, вас!
Вы его строили, вы основали,
В мирные дни, в испытания час
Вместе победу и славу ковали!

2002

---

Разговор с Петром Первым
Поэма

В сей час, когда над Родиной беда:
Грозит России новая «орда»,
Дадим ответ достойный всем врагам
И обратимся к невским берегам:
Туда, где много лет тому назад
Петром Великим был заложен град –
Столица мощной северной страны,
Стряхнувшей гнёт отсталой старины.
Земля и Небо триста лет подряд,
И дух Петра Санкт-Петербург хранят.
Дворцы, соборы, храмы и дома…–
Здесь царствует История сама;
И стиль Европы, красотой дыша,
Приемлет наша русская душа.
Сплетение миров, культур, эпох
Своим перстом благословляет Бог.

Часть 1

Я, трепеща, иду среди дворцов:
Ведь здесь нога ступала праотцов.
Нева целует волнами гранит,
Свои воспоминания хранит
И помнит отраженье облаков
Шестнадцатых – семнадцатых веков.
Россия с крепостною стариной
Была отсталой, бедною страной.
В Боярской думе распри да раздор:
Бояре шли царю наперекор:
– Надёжа-царь! Казни, гони ли прочь –
Не можем мы казне твоей помочь!
Мы от татар набегов терпим горе…
Зачем России нужен выход в море?
Зачем России армия и флот?..
– В дворянстве я найду себе оплот!
Коль будут пушки, шведов победим!..
– На безделушки денег не дадим!
При батюшке живали мы в тиши,
Авось, и отсиделись бы в глуши…
Царь, гневом и обидою гоним,
Прикрикнул:
– Опосля договорим!..
И, отметая доводов нелепость,
Возводит Петропавловскую крепость.
Благословясь, под пушечный раскат
Основан новый царствующий град.
Но император – воин и стратег.
Он левый закрепляет Невский брег.
– На случай долгой Северной войны
Адмиралтейство заложить должны!
(Талантлив царь. Не мог себя беречь:
Держал перо, топор, резец и меч).
Стена служила крепостной стеной,
Валы и рвы с водою ледяной,
Но, что любой фортеции милей, –
Сходили корабли со стапелей.
С тех пор в морозы, штормы, бури, штиль
Несёт корабль адмиралтейский шпиль.
Гордясь своей великою страной,
Мы знаем об истории иной.
На взморие притягивает взор
Высокий Петропавловский собор.
Почивших, убиенных прах и сон
Покоит усыпальный пантеон.
О сколько мук смертельных повидал
Угрюмый Петропавловский централ!
Летящий Ангел души утешал
И праведников слёзы осушал.

Часть 2

Блаженны не позорившие веры,
За правду претерпевшие без меры!
Благословил Господь ваш смертный час
И Царство дал Небесное для вас.
А мы, слепые грешные созданья,
Перевернём законы мирозданья,
Когда авантюрист или кумир
Задумает «переосмыслить» мир!
Правдивей щелкопёра и пройдохи
Нам символы расскажут об эпохе.
– «Полярная звезда» – Адмиралтейство,
Ты видело и славу, и злодейство,
Внемли потомкам Родины моей,
Не знающим истории своей;
Плутающим в безверии и лжи
Спасенья путь и славы укажи!
– Найди же этой ночью, до утра,
Два памятника прадеда Петра.
Один извергнут адом из пучины
Идеями Второй Екатерины.
Антихрист – царь на бронзовом коне –
Создание Этьена Фальконе –
На площади Сенатской, на скале.
Ликует смерть на бронзовом челе!
«Свершилось» апокалипсиса слово
В виденьях Иоанна Богослова!
«Преемница Петра» во всех делах,
Глумясь, клевещет, насаждая страх.
Хотелось самозванке всем нутром
Триумфом упиваться над Петром.
Сей монумент – «Петра восставший прах» –
Внушает людям ужас, смерть и страх.
А в сущности, коварства скрыто боле:
Какой контраст с Минервой на престоле!
Но ныне медный всадник не страшит:
Что памятник безбожникам внушит?!
Остановись, молитву сотворя,
С поклоном, ничего не говоря.
И памятник иной Петра хранят
Михайловский дворец и Летний сад.
… Царь ликовал: триумф Полтавской битвы!
– Ты с нами, Боже, в деле и в молитве.
Здесь будет, век Тебя благодаря,
Стоять персона русского царя,
Чтоб вновь враги войны не захотели!
«Мою персону» заказать Растрелли:
Царь на коне, при боевых доспехах.
Увековечим память об успехах!
… Чему при жизни сбыться не дано,
Посмертно для царя завершено.
Но памятнику места «не нашлось» –
Ютиться под навесами пришлось.
Екатерина показала вновь
К династии Романовых любовь.
Лишь Павел Первый на престол взойдёт,
Осудит мать, её переворот,
Орлова – настоящего отца…
Был Павел в деда: копия с лица.
Насчёт «достойных» родословных дел
Царевич заблуждений не имел:
– Как ненавистна материна «школа»,
Презренна узурпация престола.
И во дворце, где рабство, ложь и лесть,
Лишь облегченье доставляет месть.
И царедворцам платит царь презреньем,
Издёвками, муштрой и униженьем.
Бороться будет Павел до конца:
Он памятник поставит у дворца.
– Велик и благороден Пётр наш,
Михайловского замка верный страж!
Невыносимы стали Павлу дни:
– Я отрекусь публично от родни!
Избави, Бог, меня от адских мук.
Я начертаю: «Прадеду правнук».
Чтоб милость я у Господа обрёл,
Верну я сам Романовым престол…
Но сын отцу «лекарство» припасёт:
Объявит сумасшедшим и убьёт.
Легендами живут среди теней
Предания давно минувших дней.
И белой ночью, ровно в три часа,
У замка раздаются голоса:
То призраки являются извне,
И всадник шевелится на коне…
И коли царь к тебе благоволит,
То дух Петра с тобой заговорит.

Часть 3

– Великий прадед мой, сойди с коня,
Рассей сомненья и утешь меня.
Во мне твой царский дух, и плоть, и кровь,
К тебе питаю гордость и любовь.
С твоей кончины третий век бежит,
Святая Русь повержена лежит.
Низвергнут и рассеян весь твой род
С тех пор, как совершён переворот,
Когда твою Елизавету – дочь
С престола, из дворца прогнали прочь.
Пройдём с тобой по гулким мостовым,
Ответы дай усопшим и живым.
Ты сам всегда слугой России был,
Всю жизнь ей без остатка посвятил.
Не дал нам Бог сильнее и мудрей,
Чем ты, вождей, генсеков и царей.
Великий прадед, как нам дальше жить
И как твою Россию возродить?!
– Не возродится, правнучка, страна,
Покуда в мире правит сатана!
– Ты был умён, талантлив, но жесток…
– Через меня Россией правил Бог.
Я был суров, жесток, но справедлив
И, не щадя себя, щадил других.
Реформы я вводил не с потолка:
Благословляла Божия рука.
Державе путь открыл я в свой черёд
На полтора столетия вперёд.
Низвергли царский род, глумясь над прахом, –
И всё России обернулось крахом.
Любая власть от Бога на земле –
По воле Божьей Русь опять во мгле.
Дабы Закон не нарушали впредь,
Вам должно искупить и претерпеть.
Был род мой истреблен почти дотла:
Борьба за власть меж ближними пошла,
И клались мне на поминальный стол
Подложные указы на престол.
Но знай: и рода дух, и царский трон
Елизавете был определён.
Корона удержаться не могла
Идеею необузданья зла.
– Но, говорят, не гневайся, прости,
Что был ты, как антихрист, на Руси.
– Пусть «мудрецы» почешут языки:
Считают так глупцы или враги.
Антихрист – дьявол, зло и сатана.
Мне сила не антихристом дана.
Священники и книжники Христа
Вот так же обвиняли у Креста -
На них Миссии Праведная Кровь.
А мной к России двигала любовь.
Из рук своих не выпускал я меч,
Чтоб царство от насилия сберечь.
И прав не тот, кто дерзок да речист,
А тот, кто верен, искренен и чист.
Снискал я тем своё и Божье Царство,
Что выше жизни ставил государство,
Что честен был, не ведал неги сласть
И не стяжал корысти ради власть.
– Но правда ли на то нужда была,
Что ты на пушки лил колокола?
Убийство сына ставится в вину,
В монастыре держал свою жену.
– Да, это так. Я – грешный человек:
Жестокий нрав родил жестокий век.
Угроза нам от Швеции была –
Для пушек взял я те колокола.
Нам выбор был: победа или смерть –
Немедля должен был найти я медь.
Кого король бы шведский пощадил,
Коли в войне Россию победил?!
Святую Русь святынею сберёг:
Я государством рисковать не мог!
Женила мать – шестнадцати годов,
В расчёте я хотел снискать любовь,
Но порождали лишь тоску во мне
Покорность рабская и ханжество в жене.
Меня Господь гигантом уродил –
Я как мужчина ей не подходил.
А мужу нету горше сей напасти:
Жена кричит про боль во время страсти!
И лада нет в семье, и нет потехи –
На стороне любовные утехи.
Я думал: после родов к ней вернусь,
Наследники – залог семейных уз.
Родится сын – упрочится семья!
Увы, жестоко ошибался я:
С женой на ложе – тот же поворот,
И в царстве было дел невпроворот.
Царевич рос. Беда была одна:
Он был таким же, как моя жена.
Но он – мой сын. И на кого пенять?
Ему меня на троне заменять.
Здоровьем слаб. Благодаря жене,
Воспитан неприязненно ко мне,
А может, ненавидит… Коли так,
То будет он моей России – враг:
Что добывалось дорогой ценой,
Разрушит и заменит стариной.
Царевича и Евдокию – мать
Враги к себе пытаются склонять.
Я предвещу такой переворот
И ныне предъявляю ей развод.
Заметь, не яд, убийство или месть,
А титул, содержание и честь.
Но что ей Русь и безопасность трона? –
Затмила разум царская корона!
Отрезала законные пути
С другой семьей мне счастье обрести.
Всю жизнь я должен буду жить, как вор,
Ей в наслажденье будет мой позор.
Не мог я Евдокию убедить
От брачных уз меня освободить.
Ей выбор дал: смотри, не пожалей –
Ей келья монастырская милей!
И все прошли переговоры зря:
Ей уничтожить надобно царя!
Конечно, я уже не говорю,
Что ждало бы внебрачную семью…
И кто ж злодей: кто сам не победил?
Иль я, кто то злодейство упредил?!
– Великий царь, но как ты допустил,
Что сына на погибель отпустил?
– Да, Алексей – надежда, боль и стыд.
Отцом рождённый, он царём убит.
Но я иначе поступить не мог.
И мне судья за это – только Бог.
Не мог измену сыну я простить
И государство по ветру пустить.
В конце земного своего пути
Смог душу покаяньем он спасти.
Кто мог меня страшнее наказать?
Не мог я людям слабость показать.
То было не последнее несчастье…
Семь лет еще держал я бремя власти.
А что же ты не спросишь о сестре?
Я Софью заточил в монастыре.
Иль тоже мне вменяете в вину,
Что спас себя, наследство и страну,
Что бунты подавил в крови стрельцов?
Вините в неудачах праотцов!
Предатели и воры во властях!..
– Но Петербург построен на костях!
– Уж сколько лет я слышу эту речь!
Да, не умели мы себя беречь,
И каждый делал дело, сколько мог,
Коль так благословлял на это Бог.
Уверовавши, люди шли за мной!
Нам все давалось дорогой ценой.
На Невских берегах возвёл народ
Морскую крепость и Балтийский флот.
Я был крестьянам и солдатам – брат.
Мы возводили новый Китеж-град!
Но помнить то не каждому дано…
Твердят: в Европу прорубил окно.
Да, крепче был народ при старине,
За честь считали послужить стране.
За Веру и Отечество – вперёд!
И жизни не жалел своей народ.
Здесь русский дух и сила, пот и кровь,
И в каждом камне – вера и любовь.
А строить град – не пировать в гостях.
Сей град воздвигнут на святых костях!
Был век не тот, и Русь была не та:
Служили, не жалея живота.
Я – царь – трудился, жизни не жалел
И, значит, право требовать имел,
Чтоб безотказно подданные царства
Со мной делили бремя государства!
Вы поклонитесь тем святым мощам
И не внимайте вражеским речам.
Скажи, во имя этих ли забот
Сейчас уничтожается народ?!
Поверить в ложь – к погибели дорога.
– Но ты себя вознёс превыше Бога!
И зрят в тебе безбожника монарха:
Ты заменил синодом патриарха,
Ухудшил жизнь святых монастырей,
Моливших Бога за своих царей.
Об исповедях стали доносить:
Священник должен тайну разгласить!
– Да. Церковью велась со мною битва.
Врата на Небо – вера, пост, молитва.
Ведь в древности монахи не мирщали,
Трудами рук на пищу промышляли.
А наше духовенство в роскошь впало,
Труды крестьян и нищих поедало,
Скупало земли и впадало в барство,
Доходы не вносило в государство.
Ужели было совести невмочь
Своей реально Родине помочь?
Со мною разделить труды, напасти,
Служить во благо – это ли не счастье?
Отец мой в сорок шесть лежал в гробу:
Вел с патриархом Никоном борьбу.
Последователь этих никонян
Был патриарх святейший Андриан.
– Священства власть – в миру и в Небесах! –
Внушал стране святейший патриарх, –
Что я, подложный царь, творю безумства…
Но я пресёк такие вольнодумства!
Понятны опасения монарха
В наперсники оставить патриарха?
Чтоб впредь Россия не пошла вразброд,
Я учредил над церковью синод
И, чтобы вновь в борьбу уже не впасть,
Ей ограничил все права и власть.
Для общей пользы дело возросло!
Освоили монахи ремесло,
Художества; давали провиант
И прочее, к чему лежал талант.
Вменил своим приказом содержать
Увечных офицеров и солдат;
Открыл училищ несколько и школ
И для священства обученье ввел.
Хоть церковь уступила старшинство,
Царя понявших было большинство.
Всегда в Росси шла борьба за власть.
Как было в искушение не впасть?
Был кто-то в казнокрадстве уличён,
И кто-то в преступленье вовлечён!
Не всё в порядке было и в родне…
И заговоры тлели по стране.
Но Божий Гнев кого не устрашит?
Знал каждый заговорщик, что грешит.
Покается на исповеди он –
И вроде как очищен и прощен?
И вновь идёт по прежнему пути,
Чтоб с новой силой заговор плести.
А что священник, коль свидетель он?
Иль для него законы – не закон?
Коль он очистить душу не спешит,
То вместе с заговорщиком грешит.
Я – не Господь, я – царь в своей стране,
Помазанника цепь лежит на мне.
Священники поставили вопрос –
Я вынужден вменить для них донос,
Что за измену, знали б вражьи дети,
Прощенья нет на том и этом свете.
И что угроза царству – есть для всех
Тягчайший грех и непрощённый грех.
На мне – царе – лежала бы вина,
Коль снова в смуту впала бы страна.
Иль неизвестно из Писанья вам:
Покорны будьте Богу и властям?!
Не я, не церковь – Бог превыше всех!
Теперь подумай: чей был выше грех?
Россия ж непокорною была,
Хотя и христианство приняла.
Господь того правителя даёт,
Какого заслужил себе народ.
А вы смогли совсем в безверье впасть,
И вам дана неправедная власть:
Постыдное посмешище у трона,
Которому не писаны законы.
Довольно в демократию играть,
Россию продавать и разорять.
Одумайся, измученный народ:
Через полвека нация умрёт.
Кому вам строить новые пути?
Не лучше ль проторёнными идти?
Всё спорите: хорош я или плох.
Мы все грешны, безгрешен только Бог.
В отсталой и неразвитой стране
Не всё я делал, как хотелось мне.
Из вас же тот достойный мне судья,
Кто Русь построит, как построил я.
А вы для мира можете служить
Примером, как другим не надо жить.
Вы в нищете, невежестве и мгле!
Нет идеальной власти на земле.
И всё вернется на круги своя.
Пошли вам Бог такого же царя,
Чтоб правил государству не в ущерб.
Найдите тех, кто мною вписан в герб,
Кто за Россию умереть готов.
Поднимут Русь потомки тех родов.
В тебе мой дух и чаянья родни!
Да будет так! Господь тебя храни.
И он ушёл, прекрасен и велик.
– Прости мне, прадед, дерзостный язык!
Заблудшие, мы жили, как могли,
Великой Русь твою не сберегли.
В бреду дрались за деньги и за власть…
И пали так, что ниже не упасть.
Прости нас, Боже Праведный, прости,
И Путь своей Любовью освяти.
Да будет власть правдива и мудра,
Вскормлённая идеями Петра!
Едва мелькнула белой ночи тень,
Встаёт над Петербургом новый день.
Лучами солнца осветил восток
Прекрасный город – каменный цветок.
Не устрашаясь северных ветров,
Живи и здравствуй, славный град Петров,
И укрепляй любви святым огнём
И твёрдым духом всех живущих в нём
Во славу Бога и родной страны,
Храня истоки русской старины!