Стихи
Молитва
О, Пресвятая Троица, Единая, Всесильная,
Яви мне волю Божию, благословенный взор.
Молю об исцелении болящая, бессильная:
Молитва — покаяние и с Богом разговор.
По вере — исцеление. Услышь моё моление:
Тебе я верую, Отче наш, и Слову Твоему,
Подай душе прощение и плоти очищение.
Возрадуются ближние спасенью моему.
Молитва — мост ко Господу; болезни — воздаяния,
Моё лекарство горькое, терновый мой венец.
Чем выше воздаяние, тем глубже покаяние.
Я не отрину, Господи, мучительный конец
И Духа, жизнь несущего, приму по воле Суднего.
Лечил по Слову Божию Спаситель наш Христос.
Верны слова Исаии в Божественном писании:
Ты взял болезни, Господи, и немощи понёс.
Молись, Богочеланная, от всех родов избранная,
О, Матерь-Богородица, спаси и помоги
Всесильным заступлением, усердием, терпением
От бед-напастей, Матушка, Любовью огради.
Вы, Ангелы, Архангелы, все Силушки Небесные,
Молите Милосердного и Любящего вас,
Святые досточтимые, угодники пречестные,
Пускай Господь до времени отсрочит смертный час.
---
О время, время! Ты неумолимо!
Напрасно гнать, удерживать, ворчать.
Ты суетою не проходишь мимо.
На всём твоя поставлена печать.
Куда спешим? Не ведаем, не знаем.
Когда беда приходит на порог,
Мы прошлое с любовью вспоминаем
И всех, кто нас лелеял и берёг...
А, если путь снегами запорошен,
То стужу надо из души прогнать,
Забыть обиды, думать о хорошем
И лихом никого не поминать.
---
Спасибо вам за ваш душевный свет,
Любимые, знакомые, родные,
Меня оберегавшие от бед
И радости дарившие земные.
Как часто за мирскою суетой
Я оставляла близких без участия,
Пребывая в миражé и пустоте,
Гонясь за птицей призрачного счастья!
Все: кто далече и кого уж нет, —
Печали и обиды мне простите.
Пусть нас любви соединяет свет
И памяти невидимые нити.
---
Мир наш суетен и зыбок.
На глупца и мудреца
Предостаточно ошибок
От начала до конца.
Ощущаю увяданье
И брожение в крови.
Осень — время ожиданья,
Вечный зов земной любви,
Он над раем и над адом.
Засыпает старый сад.
А над нами листопадом
Наши жизни шелестят.
---
Мы — люди и подвержены недугам.
Без Бога мы не можем ничего.
Не по моим грехам или заслугам
Спасение — по Промыслу Его.
Бог ничего не делает напрасно —
Болящих от Даров не отрешит.
Он награждает щедро и всечасно.
Ничто твоей души не сокрушит.
Я прожил от края и до края.
Ещё не отпускает мир земной,
Но я устал. И сердце догорает,
И стар, и бледен внешний облик мой.
Всё кажется изведанно, прожито.
Осталось лишь смиряться и страдать.
Душа и тело ранами покрыты...
И вдруг — любовь как Божья благодать!
И радости во всём: в большом и малом.
Я весел, исцелён, не одинок!..
Довольно быть унылым и усталым!
Я возродился! И со мною Бог.
Мы все идём по жизненным дорогам,
Грешим душой и ублажаем плоть.
Возрадуйтесь, что мир устроен Богом
И путь благословляет Сам Господь!
---
Летят года прозрачной лёгкой пылью,
Потоком бурным низвергаясь с круч,
То миражом колышутся, то былью
И пологом ненастных тёмных туч.
О радости поёт летящий ветер,
Шумит камыш в задумчивом пруду,
Небесный взгляд спокоен, чист и светел;
И тишина в заброшенном саду.
Глядят цветы прекрасными очами
В доверчиво открытое окно,
И солнце пьёт горячими лучами
Пионов алых сладкое вино.
Гуляет лето пёстрыми лугами,
Идёт в леса меж плещущих полей
И блики неба тёплыми руками
Сплетает в кронах с зеленью ветвей.
Весёлых птиц щебечущее племя,
Жужжание мохнатого шмеля,
Незримое летит куда-то время,
И в сладкой дрёме нежится земля.
В душистых травах расстелились тени,
С дерев струится малахита свет,
И облака плывут в волнистой пене,
И тихо время шелестит в ответ.
---
Есть особая прелесть в каждом времени года:
Каждый день по-особому солнцем согрет.
Как прекрасно весной! Оживает природа,
И в окошко стучит белой веткой сирень.
Расцветает земля, жарким солнцем согрета,
Над лугами медовый плывёт аромат,
Созревают хлеба, пляшет ливнями лето.
И травиночка каждая радует взгляд.
Осень слёзы прольёт, смолкнет вальс листопада.
В увяданье природы земля хороша!
И вздыхают дорожки опустевшего сада.
У осенней поры золотая душа.
В своеволии злом забушуют метели.
Я спокойно войду под холодную сень.
Белоснежно чисты у зимы акварели.
Мне мороз на стекле нарисует сирень.
Воспаряю душой в синеву небосвода,
Словно Ангел-хранитель несёт на крыле.
Равнодушно полёт принимает природа:
Я лишь временный житель на этой Земле.
---
Поздняя весна
Весенний день солнцеворота.
Зима закончила разбег,
Но всё метель зовёт кого-то,
Стоит мороз, не тает снег.
А лесу в холод снятся вёсны,
Кусты к земле склонились ниц,
И смотрят ёлочки и сосны
Из-под заснеженных ресниц.
Краснеют ягоды рябины,
В них лета красного огонь.
Чисты, пушисты и невинны,
Снежинки падают в ладонь.
В узорном инее оконца,
Капели стынут на бегу,
Лучи полуденного солнца,
Искрясь, купаются в снегу.
И солнце светит, но не греет;
Оно к закату держит путь.
Иду туда, где вечереет,
Не в силах время повернуть.
---
Пробуждение
Проснулся март в тумане зыбком,
Ещё природа в полусне,
Но солнца красного улыбка
К лицу разбуженной весне.
На синем небе огнеликий
Уже красуется восток,
И первый, робкий, невеликий
Бежит разбуженный поток.
Хоть по ночам трещат морозы
Под стать седому февралю,
Сосульки днём роняют слёзы,
И я в ладони их ловлю.
Зима прошла. Весна вернулась,
Вступила вновь в свои права.
Судьба мне снова улыбнулась.
И, слава Богу, я жива.
---
Ещё повсюду рыхлый снег томится,
А воздух пахнет солнцем и весной.
Хохлатки, перелески, медуницы
На солнечной проталине лесной.
В пуховках белых засветилась верба,
Прогрелся и подтаял зимний путь,
А в лужах — голубая бездна неба, —
И хочется и боязно шагнуть.
Во мне живёт предчувствие разлуки.
Подтаивает бренный путь земной,
И запахи, и шорохи, и звуки
Отчётливее с каждою весной.
За окнами хозяйничает ветер,
Доносит незатейливый напев.
Зима ушла в дождливый серый вечер,
Закон природы не преодолев.
---
Май
В лесах кукушки радостно кукуют,
На сердце благодатно и светло,
Вокруг цветенье, соловьи ликуют,
Встречая долгожданное тепло.
И дарит май, дурманя и волнуя,
Цветущих трав душистый сладкий мёд,
Ласкающего солнца поцелуи
И лёгких птиц стремительный полёт.
Всё — русское, исконное, простое:
Лужайка одуванчиков седых,
Речушка со студёною водою,
И лепет перелесков молодых.
Восторгом мая душу освещаю.
Счастливый мир любой травинке рад.
Земную жизнь полнее ощущаю
И неба васильково-синий взгляд.
---
Сирень
Зарёю догорает день весенний.
Хотя гуляет май во всей красе,
Цветы благоухающей сирени
Встречают лето в средней полосе.
Короткий праздник тёплого предлетья!
Лучатся изумрудные листки,
В тугие кисти дружные соцветья
Из крестиков сложили лепестки.
И веет ароматом сот медовых
Из маленьких ухоженных садов
От белоснежных, розовых, бордовых,
Лиловых и сиреневых кустов.
Ажурные узорчатые тени,
Ласкающий поток воздушных струй.
Я на прелестной веточке сирени
Запечатлею нежный поцелуй.
Расстанусь с болью, грустью и тоскою,
И безмятежно встречу новый день.
Как символ благодати и покоя
Цветёт сирень средь русских деревень.
Бушуй, лилово-белое кипенье,
Цвети, очарованья не тая.
Да славит Бога всякое творенье,
Ликуя в зыбком мире бытия!
---
Ландыши
Несу букетик ландышей лесных.
Они хранят дыхание весны.
Цветочек хрупок, нежен, мелок, но
Источает дивный аромат;
Он может светом душу озарить
И радость добрым людям подарить.
Скрывают листья тонкий стебелёк,
Который от цветенья изнемог,
У чашечки молочно-золотой
Таинственно витает дух святой.
Как скромные цветы вобрать смогли
Благословенья Неба и земли?!
Я это чудо дома берегу,
Дышу и надышаться не могу.
Но всякому цветенью свой черёд.
И ландыш мой завянет и умрёт,
А я хочу к груди его прижать,
Надеясь жизнь любовью удержать.
---
Цветенье разнотравний полевых,
Блаженство разгулявшегося лета.
Я после тёплых ливней грозовых
Любуюсь яркой радугою света:
Сиренево-лиловый с синевой,
Багряно-красный, жёлтый и зелёный...
Небесный мир, бесплотный и живой,
Венчает землю праздничной короной.
Промокший луг, умытый сад и лес;
В лазури чистой солнышко играет,
И радуга спускается с небес,
Омытый мир земли благословляет.
Звенит весёлый птичий голосок,
И бабочка резвится у оконца.
Сегодня каждый листик и цветок,
Благоухая, радуется солнцу.
Нет светоликованию конца!
Бог души чистотою обновляет,
И радуга заветная Творца
С Небесным миром нас соединяет.
---
Не радует природа нынче летом.
От непогоды милости не жди.
И, вопреки прогнозам и приметам,
В июле каждый день идут дожди,
Грохочут грозы, молнии сверкают.
И хочешь, да не выйдешь со двора.
В лугах привольно травы отдыхают:
Позднится сенокосная пора.
Листвой укрывшись, тёплый свежий ветер
Уснул в промокшей рощице лесной.
Чистейший воздух влажен, свеж и светел,
Грибами пахнет, елью и сосной.
Ползёт туман неспешно на опушку,
И приуныла даже детвора.
Браним сырую летнюю макушку —
Уж лучше бы июльская жара!
---
Две радуги
Июльские дожди к лицу природе.
Спешит земля живой воды напиться.
Две радуги горят на небосводе
Крылами разноцветной райской птицы.
И, как гласит Библейское Преданье,
Когда от Бога люди отошли,
Обрушил Он потоп на мирозданье
И грешников низверг с лица Земли.
Но снизошёл к молению при этом:
Избранников прощеньем озарил
И радугу Божественным Заветом
Меж Небом и землёю сотворил.
Оставленные праведники жили
И исчезали в вековой пыли,
Но радуги заветные светили
Сияньем красок Неба и Земли.
Алеет лета красного улыбка,
Горит рассвет, румянится закат,
Оранжевое солнце в зное зыбком,
Созревший хлеб и жёлтый листопад;
Озёр и речек голубые очи,
Зелёные деревья и трава,
Лилово-фиолетовые ночи,
Небесная родная синева.
Когда затихнет гром, и дождь отпляшет,
Раскроет небо ярко-синий зонт,
Крылами птица-радуга помашет
И скроется вдали за горизонт.
Но снова в грозы, бури и ненастье
Для нас, потомков избранных племён,
Две радуги появятся на счастье —
И с нами Бог, и я вдвойне силён!
---
Солнце
Июль. Теплынь. Покой и благодать!
Готово солнце раскалённым ликом
Макушку лета зноем обжигать,
Дышать малиной, мёдом, земляникой.
Готово щебетать и ворковать,
Нести дожди и грозы за плечами,
И каждую травинку целовать
Своими благодатными лучами;
С утра до ночи нас благословлять,
Светить над лесом, садом, полем, лугом;
Создателя трудами прославлять
И быть земле и небу лучшим другом.
О, Пресвятая Троица, Единая, Всесильная,
Яви мне волю Божию, благословенный взор.
Молю об исцелении болящая, бессильная:
Молитва — покаяние и с Богом разговор.
По вере — исцеление. Услышь моё моление:
Тебе я верую, Отче наш, и Слову Твоему,
Подай душе прощение и плоти очищение.
Возрадуются ближние спасенью моему.
Молитва — мост ко Господу; болезни — воздаяния,
Моё лекарство горькое, терновый мой венец.
Чем выше воздаяние, тем глубже покаяние.
Я не отрину, Господи, мучительный конец
И Духа, жизнь несущего, приму по воле Суднего.
Лечил по Слову Божию Спаситель наш Христос.
Верны слова Исаии в Божественном писании:
Ты взял болезни, Господи, и немощи понёс.
Молись, Богочеланная, от всех родов избранная,
О, Матерь-Богородица, спаси и помоги
Всесильным заступлением, усердием, терпением
От бед-напастей, Матушка, Любовью огради.
Вы, Ангелы, Архангелы, все Силушки Небесные,
Молите Милосердного и Любящего вас,
Святые досточтимые, угодники пречестные,
Пускай Господь до времени отсрочит смертный час.
---
О время, время! Ты неумолимо!
Напрасно гнать, удерживать, ворчать.
Ты суетою не проходишь мимо.
На всём твоя поставлена печать.
Куда спешим? Не ведаем, не знаем.
Когда беда приходит на порог,
Мы прошлое с любовью вспоминаем
И всех, кто нас лелеял и берёг...
А, если путь снегами запорошен,
То стужу надо из души прогнать,
Забыть обиды, думать о хорошем
И лихом никого не поминать.
---
Спасибо вам за ваш душевный свет,
Любимые, знакомые, родные,
Меня оберегавшие от бед
И радости дарившие земные.
Как часто за мирскою суетой
Я оставляла близких без участия,
Пребывая в миражé и пустоте,
Гонясь за птицей призрачного счастья!
Все: кто далече и кого уж нет, —
Печали и обиды мне простите.
Пусть нас любви соединяет свет
И памяти невидимые нити.
---
Мир наш суетен и зыбок.
На глупца и мудреца
Предостаточно ошибок
От начала до конца.
Ощущаю увяданье
И брожение в крови.
Осень — время ожиданья,
Вечный зов земной любви,
Он над раем и над адом.
Засыпает старый сад.
А над нами листопадом
Наши жизни шелестят.
---
Мы — люди и подвержены недугам.
Без Бога мы не можем ничего.
Не по моим грехам или заслугам
Спасение — по Промыслу Его.
Бог ничего не делает напрасно —
Болящих от Даров не отрешит.
Он награждает щедро и всечасно.
Ничто твоей души не сокрушит.
Я прожил от края и до края.
Ещё не отпускает мир земной,
Но я устал. И сердце догорает,
И стар, и бледен внешний облик мой.
Всё кажется изведанно, прожито.
Осталось лишь смиряться и страдать.
Душа и тело ранами покрыты...
И вдруг — любовь как Божья благодать!
И радости во всём: в большом и малом.
Я весел, исцелён, не одинок!..
Довольно быть унылым и усталым!
Я возродился! И со мною Бог.
Мы все идём по жизненным дорогам,
Грешим душой и ублажаем плоть.
Возрадуйтесь, что мир устроен Богом
И путь благословляет Сам Господь!
---
Летят года прозрачной лёгкой пылью,
Потоком бурным низвергаясь с круч,
То миражом колышутся, то былью
И пологом ненастных тёмных туч.
О радости поёт летящий ветер,
Шумит камыш в задумчивом пруду,
Небесный взгляд спокоен, чист и светел;
И тишина в заброшенном саду.
Глядят цветы прекрасными очами
В доверчиво открытое окно,
И солнце пьёт горячими лучами
Пионов алых сладкое вино.
Гуляет лето пёстрыми лугами,
Идёт в леса меж плещущих полей
И блики неба тёплыми руками
Сплетает в кронах с зеленью ветвей.
Весёлых птиц щебечущее племя,
Жужжание мохнатого шмеля,
Незримое летит куда-то время,
И в сладкой дрёме нежится земля.
В душистых травах расстелились тени,
С дерев струится малахита свет,
И облака плывут в волнистой пене,
И тихо время шелестит в ответ.
---
Есть особая прелесть в каждом времени года:
Каждый день по-особому солнцем согрет.
Как прекрасно весной! Оживает природа,
И в окошко стучит белой веткой сирень.
Расцветает земля, жарким солнцем согрета,
Над лугами медовый плывёт аромат,
Созревают хлеба, пляшет ливнями лето.
И травиночка каждая радует взгляд.
Осень слёзы прольёт, смолкнет вальс листопада.
В увяданье природы земля хороша!
И вздыхают дорожки опустевшего сада.
У осенней поры золотая душа.
В своеволии злом забушуют метели.
Я спокойно войду под холодную сень.
Белоснежно чисты у зимы акварели.
Мне мороз на стекле нарисует сирень.
Воспаряю душой в синеву небосвода,
Словно Ангел-хранитель несёт на крыле.
Равнодушно полёт принимает природа:
Я лишь временный житель на этой Земле.
---
Поздняя весна
Весенний день солнцеворота.
Зима закончила разбег,
Но всё метель зовёт кого-то,
Стоит мороз, не тает снег.
А лесу в холод снятся вёсны,
Кусты к земле склонились ниц,
И смотрят ёлочки и сосны
Из-под заснеженных ресниц.
Краснеют ягоды рябины,
В них лета красного огонь.
Чисты, пушисты и невинны,
Снежинки падают в ладонь.
В узорном инее оконца,
Капели стынут на бегу,
Лучи полуденного солнца,
Искрясь, купаются в снегу.
И солнце светит, но не греет;
Оно к закату держит путь.
Иду туда, где вечереет,
Не в силах время повернуть.
---
Пробуждение
Проснулся март в тумане зыбком,
Ещё природа в полусне,
Но солнца красного улыбка
К лицу разбуженной весне.
На синем небе огнеликий
Уже красуется восток,
И первый, робкий, невеликий
Бежит разбуженный поток.
Хоть по ночам трещат морозы
Под стать седому февралю,
Сосульки днём роняют слёзы,
И я в ладони их ловлю.
Зима прошла. Весна вернулась,
Вступила вновь в свои права.
Судьба мне снова улыбнулась.
И, слава Богу, я жива.
---
Ещё повсюду рыхлый снег томится,
А воздух пахнет солнцем и весной.
Хохлатки, перелески, медуницы
На солнечной проталине лесной.
В пуховках белых засветилась верба,
Прогрелся и подтаял зимний путь,
А в лужах — голубая бездна неба, —
И хочется и боязно шагнуть.
Во мне живёт предчувствие разлуки.
Подтаивает бренный путь земной,
И запахи, и шорохи, и звуки
Отчётливее с каждою весной.
За окнами хозяйничает ветер,
Доносит незатейливый напев.
Зима ушла в дождливый серый вечер,
Закон природы не преодолев.
---
Май
В лесах кукушки радостно кукуют,
На сердце благодатно и светло,
Вокруг цветенье, соловьи ликуют,
Встречая долгожданное тепло.
И дарит май, дурманя и волнуя,
Цветущих трав душистый сладкий мёд,
Ласкающего солнца поцелуи
И лёгких птиц стремительный полёт.
Всё — русское, исконное, простое:
Лужайка одуванчиков седых,
Речушка со студёною водою,
И лепет перелесков молодых.
Восторгом мая душу освещаю.
Счастливый мир любой травинке рад.
Земную жизнь полнее ощущаю
И неба васильково-синий взгляд.
---
Сирень
Зарёю догорает день весенний.
Хотя гуляет май во всей красе,
Цветы благоухающей сирени
Встречают лето в средней полосе.
Короткий праздник тёплого предлетья!
Лучатся изумрудные листки,
В тугие кисти дружные соцветья
Из крестиков сложили лепестки.
И веет ароматом сот медовых
Из маленьких ухоженных садов
От белоснежных, розовых, бордовых,
Лиловых и сиреневых кустов.
Ажурные узорчатые тени,
Ласкающий поток воздушных струй.
Я на прелестной веточке сирени
Запечатлею нежный поцелуй.
Расстанусь с болью, грустью и тоскою,
И безмятежно встречу новый день.
Как символ благодати и покоя
Цветёт сирень средь русских деревень.
Бушуй, лилово-белое кипенье,
Цвети, очарованья не тая.
Да славит Бога всякое творенье,
Ликуя в зыбком мире бытия!
---
Ландыши
Несу букетик ландышей лесных.
Они хранят дыхание весны.
Цветочек хрупок, нежен, мелок, но
Источает дивный аромат;
Он может светом душу озарить
И радость добрым людям подарить.
Скрывают листья тонкий стебелёк,
Который от цветенья изнемог,
У чашечки молочно-золотой
Таинственно витает дух святой.
Как скромные цветы вобрать смогли
Благословенья Неба и земли?!
Я это чудо дома берегу,
Дышу и надышаться не могу.
Но всякому цветенью свой черёд.
И ландыш мой завянет и умрёт,
А я хочу к груди его прижать,
Надеясь жизнь любовью удержать.
---
Цветенье разнотравний полевых,
Блаженство разгулявшегося лета.
Я после тёплых ливней грозовых
Любуюсь яркой радугою света:
Сиренево-лиловый с синевой,
Багряно-красный, жёлтый и зелёный...
Небесный мир, бесплотный и живой,
Венчает землю праздничной короной.
Промокший луг, умытый сад и лес;
В лазури чистой солнышко играет,
И радуга спускается с небес,
Омытый мир земли благословляет.
Звенит весёлый птичий голосок,
И бабочка резвится у оконца.
Сегодня каждый листик и цветок,
Благоухая, радуется солнцу.
Нет светоликованию конца!
Бог души чистотою обновляет,
И радуга заветная Творца
С Небесным миром нас соединяет.
---
Не радует природа нынче летом.
От непогоды милости не жди.
И, вопреки прогнозам и приметам,
В июле каждый день идут дожди,
Грохочут грозы, молнии сверкают.
И хочешь, да не выйдешь со двора.
В лугах привольно травы отдыхают:
Позднится сенокосная пора.
Листвой укрывшись, тёплый свежий ветер
Уснул в промокшей рощице лесной.
Чистейший воздух влажен, свеж и светел,
Грибами пахнет, елью и сосной.
Ползёт туман неспешно на опушку,
И приуныла даже детвора.
Браним сырую летнюю макушку —
Уж лучше бы июльская жара!
---
Две радуги
Июльские дожди к лицу природе.
Спешит земля живой воды напиться.
Две радуги горят на небосводе
Крылами разноцветной райской птицы.
И, как гласит Библейское Преданье,
Когда от Бога люди отошли,
Обрушил Он потоп на мирозданье
И грешников низверг с лица Земли.
Но снизошёл к молению при этом:
Избранников прощеньем озарил
И радугу Божественным Заветом
Меж Небом и землёю сотворил.
Оставленные праведники жили
И исчезали в вековой пыли,
Но радуги заветные светили
Сияньем красок Неба и Земли.
Алеет лета красного улыбка,
Горит рассвет, румянится закат,
Оранжевое солнце в зное зыбком,
Созревший хлеб и жёлтый листопад;
Озёр и речек голубые очи,
Зелёные деревья и трава,
Лилово-фиолетовые ночи,
Небесная родная синева.
Когда затихнет гром, и дождь отпляшет,
Раскроет небо ярко-синий зонт,
Крылами птица-радуга помашет
И скроется вдали за горизонт.
Но снова в грозы, бури и ненастье
Для нас, потомков избранных племён,
Две радуги появятся на счастье —
И с нами Бог, и я вдвойне силён!
---
Солнце
Июль. Теплынь. Покой и благодать!
Готово солнце раскалённым ликом
Макушку лета зноем обжигать,
Дышать малиной, мёдом, земляникой.
Готово щебетать и ворковать,
Нести дожди и грозы за плечами,
И каждую травинку целовать
Своими благодатными лучами;
С утра до ночи нас благословлять,
Светить над лесом, садом, полем, лугом;
Создателя трудами прославлять
И быть земле и небу лучшим другом.
Июльские цветы
Июльский зной. Полуденный покой.
Горячий воздух трогаю рукой.
Уже неделю день прохладный ждём
С грозой и тёплым ливневым дождём.
Вдыхаю трав медовый аромат,
Июльские цветы чаруют взгляд,
Не отводя глаза от синевы,
Головками кивают из травы.
Цветочный мир загадочный, большой!
Любуясь, отдаюсь ему душой,
И, сердце красотою отогрев,
Я слышу удивительный напев.
Танцуют солнца яркого лучи!
Прекрасная мелодия, звучи
И с пеньем птиц лети в леса, поля,
Где нежится и трудится земля.
Развей печаль и скуку, лень и грусть.
Мы знаем эту песню наизусть,
Но ты ликуй, зови с собою нас,
По-новому волнуя каждый раз.
---
Я не ропщу на выпавшую долю,
Не тороплюсь подняться в высоту,
Брожу по вызревающему полю,
Из васильков венок себе плету.
И всё как по Библейскому сюжету:
Посеян хлеб; расти, земля, рожай;
Приспела жатва; делателей нету;
И птицы расхищают урожай.
Мне к Божьей жатве хочется прибиться:
Без церкви путь мой будет недалёк.
Бог соберёт в амбар свою пшеницу.
Но я не колос, — сорный василёк.
А василёчку с хлебом не сродниться.
Ему б зимой от стужи не кричать
И снова через терние пробиться,
Чтоб синим светом поле освещать.
---
Искусство
Короче дни, и ночи холоднее.
Стучится дождик в тёмное стекло.
Рассветы и закаты всё грустнее,
Тайком уходит летнее тепло.
Перемешались солнце и прохлада,
Седой туман и неба синева,
И красота торжественного сада,
И тусклая поникшая трава.
Мы далеки и очень одиноки,
И каждому любви ушедшей жаль.
В твоих глазах обиды и упрёки,
В моей душе осенняя печаль.
Уже земля от зноя остывает.
Пришла пора: всему отпущен срок.
Но жаль, что лето вечным не бывает,
А мы любовь не запасали впрок.
Беда и радость, счастье и страданье,
Но ча́ми звёзды сыплются дождём.
Моей душе, заблудшей в мирозданье,
Господь приносит утешенье в дом.
---
— Последние дни уходящего лета,
Постойте, постойте! — я вам прокричу, —
Оставьте мне солнца, веселья и света,
Я вашим теплом насладиться хочу!
Покинули лето поющие птицы,
В лесах поселилась осенняя грусть,
Уносишься, лето, в своей колеснице,
Я тихо, печально с тобой расстаюсь.
Мой ласковый август, о, как ты недолог,
Но светел и ярок, пригож и хорош.
И каждый денёчек особенно дорог,
Когда понимаешь, что скоро уйдёшь.
---
Ах, лето, лето! О тебе жалея,
Печаль туманных августовских снов
С дождём и ветром бродит по аллее
В часы холодных длинных вечеров.
Ты отзвенело песнями и смехом,
Почти ушло, желаньям вопреки,
Отозвалось прощальным гулким эхом
На берегу хладеющей реки.
Тебя ищу и кличу:
— Где ты, где ты?
Верни мою ушедшую любовь!
Прощай, прощай, обманчивое лето,
Не знаю я: увидимся ли вновь.
---
Как природа Руси хороша!
Разгулялся погожий денёк,
Побуревшей травою шурша
По обочинам сельских дорог.
Только северный смешанный лес
Может радужным светом сиять
И по воле осенних небес
Душу щедрого лета принять.
Где-то рядом уже холода.
Наслаждаюсь последним теплом,
И, прощаясь со мной навсегда,
Бабье лето помашет крылом.
---
Сентябрь
Сентябрьский воздух холоден и чист,
Вздыхает за окошком сад печальный,
Румянится резной кленовый лист,
Задумчиво красив денёк хрустальный.
В природе тишь, смирение, покой,
Исчезла солнца летняя игривость,
Лежит туман над дремлющей рекой,
Повсюду увядание, сонливость.
По сказочному лесу поброжу
Средь золота, багрянца, изумруда,
Я новой жизнью очень дорожу,
Хочу любить, творить и верить в чудо.
Дай, Боже, обрести иной удел,
На склоне дней прости мою беспечность,
И я войду спокойно в тот Предел,
В тот Вечер, за которым будет Вечность.
---
Ну, наконец-то, бабье лето наступило
И по-хозяйски разгулялось в октябре.
Но листья падают, земля уже остыла,
И утром иней серебрится во дворе.
Прекрасны сказки золотого листопада,
И дни погожие в преддверье холодов.
Опять душа моя обманываться рада,
Мужскую жалость принимая за любовь.
Пускай твердят, что не того я полюбила;
Перестрадаю, пережду, перетерплю.
В безумной страсти я о гордости забыла —
Одновременно ненавижу и люблю.
Как быстротечно, бабье лето, наше царство!
И я горюю: мне в любви не повезло.
Обман, предательство, измена и коварство...
Любовь высокая не порождает зло.
Я эту боль свою приму, как очищенье
За все беспутные, промотанные дни,
А все страдания, как Божье причащенье.
Помилуй, Господи, спаси и сохрани.
---
Стояла осень в солнце и туманах,
Дарила нам погожие деньки,
И бабье лето в ласковых обманах
Манило на свиданья у реки.
И мне казалось: вновь вернулось лето,
Жива любовь наперекор судьбе.
Моя душа, надеждою согрета,
Опять летела птицею к тебе.
И, трепеща в твоей коварной власти,
Я испивала яд обманных слов,
Увы, огонь короткой бурной страсти
Был так похож на верную любовь...
Уходит осень. Сизый дым клубится.
Сгорает листьев золото и медь.
О Боже, помоги мне возродиться,
Не дай моей душе окаменеть.
---
Печалится душа, прощаясь с бабьим летом.
Туманом поутру укутана заря,
Курлычут журавли о чём-то недопетом,
И мокнет Божий мир под небом сентября.
Не скрипнет в тишине знакомая калитка,
Шальные петухи зарю не пропоют,
У нашего окна печальная улыбка:
Хозяин вдалеке нашёл себе приют.
В бессилии дождусь холодного рассвета,
Осенние цветы на память соберу,
Рябина красной веткой, с отблесками лета,
Помашет грустно вслед, заплакав на ветру.
Листы календаря я брошу листопаду,
Последнему теплу, последнему лучу,
Забуду навсегда — печали мне не надо:
Я верную любовь найти себе хочу.
Пускай закат любви горит багряным цветом.
В безмолвии лесов премудрости печать.
Осенняя листва таким сияет светом,
Какой зелёный лист не может источать.
---
Погожие дни поздней осенью редки.
Ноябрь холода и ненастья принёс,
Немеет язык и язык вянет.
Могучих дубов и поникших берёз.
Я русской земли красоту обожаю,
Но сердце сжимает щемящая грусть:
Я позднюю осень свою провожаю
И, может, обратно уже не вернусь.
Прощаясь, поплачу, покой не нарушу.
Уснёт до весны холодный лес.
Согреют ли только озябшую душу
Холодные звёзды манящих небес?
Душа легкокрыла, бессмертна, воздушна
И то, что любила, не сможет забыть.
Природа к страданьям, увы, равнодушна
И людям себя позволяет любить.
Негромкая песня навек оборвётся,
Как гулкое эхо над сонной рекой,
В бескрайней Вселенной любовь отзовётся
Пронзительной болью и светлой тоской.
---
Человеческое
Вновь на комья потемневшей глины
Обречённо сыплют лепестки
Хризантемы, астры, георгины:
Дни зимы совсем уже близки.
Под гнетущей тёмно-серой высью,
Огненною краской не горя,
Падают с деревьев грустно листья
Под дождём холодным ноября.
Как тоскливо в этот день осенний!
Ветер злится, будто никогда
Не было в природе потрясений
И её не трогает беда.
Полетит молитва с тихим стоном,
Горяча, сердечна и горька,
Отзовётся колокольным звоном,
Этот зов идёт через века.
Бог поможет — истина святая!
Выглянуло солнце из-за туч.
Шла из Храма женщина простая,
Но с улыбкой светлою, как луч.
На душе смирение и нежность.
Что на мироздание пенять?
Межсезонье — это неизбежность.
Всё пройдёт и сменится опять.
---
Холодный ветер бьёт, и дождь осенний хлещет;
Пусты леса, поля; тоскливо, хоть кричи.
Последний жёлтый лист на дереве трепещет,
Как яркий огонёк негаснущей свечи.
О как же нелегко: смиренно ждать и верить,
Любить, страдать и знать, что оборвётся жизнь!
Чем стойкость оценить, терпение измерить?!
Тихонечко шепчу:
— Держись, листок, держись! —
От ветра и дождя ладонями прикрою:
— Не бойся, не дрожи: ведь мы с тобой вдвоём.
Смиренно помолюсь и душу успокою:
Даст Бог, еще чуть-чуть на свете поживём.
Прости, Господь, грехи, уныние, сомненья,
Утешь и укрепи, дай силы и огня.
Я верую в Судьбу и Божье Промышленье.
Помилуй, и спаси, и сохрани меня.
---
На сером фоне плачущих небес
Уныл, печален, тих осенний лес.
Средь оголённых веток-паутин
Рубиновые ягоды рябин.
Трепещет, словно яркий мотылёк,
Необлетевший золотой листок.
И после листопадной кутерьмы
Природа в ожидании зимы.
Под сумеречным сеющим дождём
Покорно мокнет опустевший дом.
Пусты сады, пропаханные поля,
И отдыхает матушка-земля.
Холодный воздух и тяжёл, и пуст,
Лишь ветра шум, да заморозков хруст,
А солнечные редкие лучи
Приветливы, но так не горячи!
О, наша жизнь, Начало и Конец,
Счастливый миг и трудностей венец.
Прошедших лет и чувств не беспокой,
Прими смиренно отдых и покой.
---
Альбом
Ещё одна моя уходит осень,
И я с зимой никак не разминусь.
Всё будет снова: ожиданье вёсен,
Восторги встреч и расставаний грусть.
Укрою шалью зябнущие плечи,
Задремлет тихий одинокий дом,
За окнами уснёт усталый вечер.
Раскрою свой потрёпанный альбом.
От старых пожелтевших фотографий
Идёт такой живой душевный свет!
Припомню столько дат и биографий
Тех, кто живёт, и тех, кого уж нет.
Забьётся сердце от любви и нежности,
И побежит по фотоснимкам взгляд,
Нахлынет осознанье неизбежности,
Что жизнь не поворотится назад.
О, сколько чувств, утраченных, забытых,
В мелькании событий, лиц, имён,
Оплаченных ценою лет прожитых
И болью невозвратности времён!
---
Ноябрь
С деревьев облетевшую листву
Ноябрь хмурый красит бурой краской,
Не оживит замёрзшую траву
И солнца луч скупой осенней лаской.
Скользнёт в тумане утреннем седом
По ягодам рябиновым несладким,
По скованной речушке подо льдом,
Заманчиво сверкающим и гладким.
Притихший лес готовится ко сну.
Незыблемы законы мирозданья,
И, вспомнив про ушедшую весну,
Прошепчет:
— До свиданья, до свиданья...
---
Улеглась осенняя сумятица
В тихом ожиданье торжества.
Белоснежным жемчугом украсится
Нынче потемневшая листва.
Белый пух зимы на ветке гибкой,
Словно невесомые цветы,
И природа с радостной улыбкой
Ожидает снежной теплоты...
---
Праздник
Для яркого осеннего букета
Последний лист на память соберу.
Мне кажется: вернулось бабье лето
В предзимнюю холодную Москву.
Опять тепло, и солнце дарит нежность.
И в ноябре природа хороша!
Но, чувствуя прощанья неизбежность,
Болит, скорбит, волнуется душа.
Боясь зимы, страшась суровой стужи,
Стоит притихший обнажённый лес.
Ему мороз сейчас совсем не нужен,
И первый снег, как благодать с Небес.
Деревья тянут руки в покаянье,
Таится тлен в осенней желтизне.
Всё на Земле, увы, непостоянно.
А свет Небесный — в снежной белизне!
---
Первый снег
Кого не очарует первый снег
В лесах, полях, замёрзших руслах рек,
Когда преображённый край родной
Светится, озаряемый луной!
Посеребрённый свет на деревах,
И ветки в серебристых кружевах.
Какой покой в селеньях и бору,
Гудящем сонно на сыром ветру!
Из русских печек вьётся сизый дым,
Плывёт навстречу к облакам седым
Над миротворной снежной чистотой,
Мерцающей нездешней красотой.
И я навстречу Вечности лечу
И раствориться в воздухе хочу.
Легка, чиста, невинна и мала,
Но я живая, я не умерла,
Подобно серебристому огню
Свечусь душой и каждый миг ценю.
---
Плачет за окнами зимняя вьюга.
Холодно, пусто, уныло вокруг.
Кто я тебе? Не жена, не подруга,
Не содержанка, не враг и не друг.
Где ты, развенчанный силой святою,
Рыцарь, увиденный мною во сне?
Горько расстаться с девичьей мечтою.
Зимняя вьюга, поплачь обо мне.
Вихрем врывайся, кружись и аукай;
Силой своею меня поддержи,
Спрячь, пожалей, успокой, убаюкай,
Сказку о вечной любви расскажи.
Июльский зной. Полуденный покой.
Горячий воздух трогаю рукой.
Уже неделю день прохладный ждём
С грозой и тёплым ливневым дождём.
Вдыхаю трав медовый аромат,
Июльские цветы чаруют взгляд,
Не отводя глаза от синевы,
Головками кивают из травы.
Цветочный мир загадочный, большой!
Любуясь, отдаюсь ему душой,
И, сердце красотою отогрев,
Я слышу удивительный напев.
Танцуют солнца яркого лучи!
Прекрасная мелодия, звучи
И с пеньем птиц лети в леса, поля,
Где нежится и трудится земля.
Развей печаль и скуку, лень и грусть.
Мы знаем эту песню наизусть,
Но ты ликуй, зови с собою нас,
По-новому волнуя каждый раз.
---
Я не ропщу на выпавшую долю,
Не тороплюсь подняться в высоту,
Брожу по вызревающему полю,
Из васильков венок себе плету.
И всё как по Библейскому сюжету:
Посеян хлеб; расти, земля, рожай;
Приспела жатва; делателей нету;
И птицы расхищают урожай.
Мне к Божьей жатве хочется прибиться:
Без церкви путь мой будет недалёк.
Бог соберёт в амбар свою пшеницу.
Но я не колос, — сорный василёк.
А василёчку с хлебом не сродниться.
Ему б зимой от стужи не кричать
И снова через терние пробиться,
Чтоб синим светом поле освещать.
---
Искусство
Короче дни, и ночи холоднее.
Стучится дождик в тёмное стекло.
Рассветы и закаты всё грустнее,
Тайком уходит летнее тепло.
Перемешались солнце и прохлада,
Седой туман и неба синева,
И красота торжественного сада,
И тусклая поникшая трава.
Мы далеки и очень одиноки,
И каждому любви ушедшей жаль.
В твоих глазах обиды и упрёки,
В моей душе осенняя печаль.
Уже земля от зноя остывает.
Пришла пора: всему отпущен срок.
Но жаль, что лето вечным не бывает,
А мы любовь не запасали впрок.
Беда и радость, счастье и страданье,
Но ча́ми звёзды сыплются дождём.
Моей душе, заблудшей в мирозданье,
Господь приносит утешенье в дом.
---
— Последние дни уходящего лета,
Постойте, постойте! — я вам прокричу, —
Оставьте мне солнца, веселья и света,
Я вашим теплом насладиться хочу!
Покинули лето поющие птицы,
В лесах поселилась осенняя грусть,
Уносишься, лето, в своей колеснице,
Я тихо, печально с тобой расстаюсь.
Мой ласковый август, о, как ты недолог,
Но светел и ярок, пригож и хорош.
И каждый денёчек особенно дорог,
Когда понимаешь, что скоро уйдёшь.
---
Ах, лето, лето! О тебе жалея,
Печаль туманных августовских снов
С дождём и ветром бродит по аллее
В часы холодных длинных вечеров.
Ты отзвенело песнями и смехом,
Почти ушло, желаньям вопреки,
Отозвалось прощальным гулким эхом
На берегу хладеющей реки.
Тебя ищу и кличу:
— Где ты, где ты?
Верни мою ушедшую любовь!
Прощай, прощай, обманчивое лето,
Не знаю я: увидимся ли вновь.
---
Как природа Руси хороша!
Разгулялся погожий денёк,
Побуревшей травою шурша
По обочинам сельских дорог.
Только северный смешанный лес
Может радужным светом сиять
И по воле осенних небес
Душу щедрого лета принять.
Где-то рядом уже холода.
Наслаждаюсь последним теплом,
И, прощаясь со мной навсегда,
Бабье лето помашет крылом.
---
Сентябрь
Сентябрьский воздух холоден и чист,
Вздыхает за окошком сад печальный,
Румянится резной кленовый лист,
Задумчиво красив денёк хрустальный.
В природе тишь, смирение, покой,
Исчезла солнца летняя игривость,
Лежит туман над дремлющей рекой,
Повсюду увядание, сонливость.
По сказочному лесу поброжу
Средь золота, багрянца, изумруда,
Я новой жизнью очень дорожу,
Хочу любить, творить и верить в чудо.
Дай, Боже, обрести иной удел,
На склоне дней прости мою беспечность,
И я войду спокойно в тот Предел,
В тот Вечер, за которым будет Вечность.
---
Ну, наконец-то, бабье лето наступило
И по-хозяйски разгулялось в октябре.
Но листья падают, земля уже остыла,
И утром иней серебрится во дворе.
Прекрасны сказки золотого листопада,
И дни погожие в преддверье холодов.
Опять душа моя обманываться рада,
Мужскую жалость принимая за любовь.
Пускай твердят, что не того я полюбила;
Перестрадаю, пережду, перетерплю.
В безумной страсти я о гордости забыла —
Одновременно ненавижу и люблю.
Как быстротечно, бабье лето, наше царство!
И я горюю: мне в любви не повезло.
Обман, предательство, измена и коварство...
Любовь высокая не порождает зло.
Я эту боль свою приму, как очищенье
За все беспутные, промотанные дни,
А все страдания, как Божье причащенье.
Помилуй, Господи, спаси и сохрани.
---
Стояла осень в солнце и туманах,
Дарила нам погожие деньки,
И бабье лето в ласковых обманах
Манило на свиданья у реки.
И мне казалось: вновь вернулось лето,
Жива любовь наперекор судьбе.
Моя душа, надеждою согрета,
Опять летела птицею к тебе.
И, трепеща в твоей коварной власти,
Я испивала яд обманных слов,
Увы, огонь короткой бурной страсти
Был так похож на верную любовь...
Уходит осень. Сизый дым клубится.
Сгорает листьев золото и медь.
О Боже, помоги мне возродиться,
Не дай моей душе окаменеть.
---
Печалится душа, прощаясь с бабьим летом.
Туманом поутру укутана заря,
Курлычут журавли о чём-то недопетом,
И мокнет Божий мир под небом сентября.
Не скрипнет в тишине знакомая калитка,
Шальные петухи зарю не пропоют,
У нашего окна печальная улыбка:
Хозяин вдалеке нашёл себе приют.
В бессилии дождусь холодного рассвета,
Осенние цветы на память соберу,
Рябина красной веткой, с отблесками лета,
Помашет грустно вслед, заплакав на ветру.
Листы календаря я брошу листопаду,
Последнему теплу, последнему лучу,
Забуду навсегда — печали мне не надо:
Я верную любовь найти себе хочу.
Пускай закат любви горит багряным цветом.
В безмолвии лесов премудрости печать.
Осенняя листва таким сияет светом,
Какой зелёный лист не может источать.
---
Погожие дни поздней осенью редки.
Ноябрь холода и ненастья принёс,
Немеет язык и язык вянет.
Могучих дубов и поникших берёз.
Я русской земли красоту обожаю,
Но сердце сжимает щемящая грусть:
Я позднюю осень свою провожаю
И, может, обратно уже не вернусь.
Прощаясь, поплачу, покой не нарушу.
Уснёт до весны холодный лес.
Согреют ли только озябшую душу
Холодные звёзды манящих небес?
Душа легкокрыла, бессмертна, воздушна
И то, что любила, не сможет забыть.
Природа к страданьям, увы, равнодушна
И людям себя позволяет любить.
Негромкая песня навек оборвётся,
Как гулкое эхо над сонной рекой,
В бескрайней Вселенной любовь отзовётся
Пронзительной болью и светлой тоской.
---
Человеческое
Вновь на комья потемневшей глины
Обречённо сыплют лепестки
Хризантемы, астры, георгины:
Дни зимы совсем уже близки.
Под гнетущей тёмно-серой высью,
Огненною краской не горя,
Падают с деревьев грустно листья
Под дождём холодным ноября.
Как тоскливо в этот день осенний!
Ветер злится, будто никогда
Не было в природе потрясений
И её не трогает беда.
Полетит молитва с тихим стоном,
Горяча, сердечна и горька,
Отзовётся колокольным звоном,
Этот зов идёт через века.
Бог поможет — истина святая!
Выглянуло солнце из-за туч.
Шла из Храма женщина простая,
Но с улыбкой светлою, как луч.
На душе смирение и нежность.
Что на мироздание пенять?
Межсезонье — это неизбежность.
Всё пройдёт и сменится опять.
---
Холодный ветер бьёт, и дождь осенний хлещет;
Пусты леса, поля; тоскливо, хоть кричи.
Последний жёлтый лист на дереве трепещет,
Как яркий огонёк негаснущей свечи.
О как же нелегко: смиренно ждать и верить,
Любить, страдать и знать, что оборвётся жизнь!
Чем стойкость оценить, терпение измерить?!
Тихонечко шепчу:
— Держись, листок, держись! —
От ветра и дождя ладонями прикрою:
— Не бойся, не дрожи: ведь мы с тобой вдвоём.
Смиренно помолюсь и душу успокою:
Даст Бог, еще чуть-чуть на свете поживём.
Прости, Господь, грехи, уныние, сомненья,
Утешь и укрепи, дай силы и огня.
Я верую в Судьбу и Божье Промышленье.
Помилуй, и спаси, и сохрани меня.
---
На сером фоне плачущих небес
Уныл, печален, тих осенний лес.
Средь оголённых веток-паутин
Рубиновые ягоды рябин.
Трепещет, словно яркий мотылёк,
Необлетевший золотой листок.
И после листопадной кутерьмы
Природа в ожидании зимы.
Под сумеречным сеющим дождём
Покорно мокнет опустевший дом.
Пусты сады, пропаханные поля,
И отдыхает матушка-земля.
Холодный воздух и тяжёл, и пуст,
Лишь ветра шум, да заморозков хруст,
А солнечные редкие лучи
Приветливы, но так не горячи!
О, наша жизнь, Начало и Конец,
Счастливый миг и трудностей венец.
Прошедших лет и чувств не беспокой,
Прими смиренно отдых и покой.
---
Альбом
Ещё одна моя уходит осень,
И я с зимой никак не разминусь.
Всё будет снова: ожиданье вёсен,
Восторги встреч и расставаний грусть.
Укрою шалью зябнущие плечи,
Задремлет тихий одинокий дом,
За окнами уснёт усталый вечер.
Раскрою свой потрёпанный альбом.
От старых пожелтевших фотографий
Идёт такой живой душевный свет!
Припомню столько дат и биографий
Тех, кто живёт, и тех, кого уж нет.
Забьётся сердце от любви и нежности,
И побежит по фотоснимкам взгляд,
Нахлынет осознанье неизбежности,
Что жизнь не поворотится назад.
О, сколько чувств, утраченных, забытых,
В мелькании событий, лиц, имён,
Оплаченных ценою лет прожитых
И болью невозвратности времён!
---
Ноябрь
С деревьев облетевшую листву
Ноябрь хмурый красит бурой краской,
Не оживит замёрзшую траву
И солнца луч скупой осенней лаской.
Скользнёт в тумане утреннем седом
По ягодам рябиновым несладким,
По скованной речушке подо льдом,
Заманчиво сверкающим и гладким.
Притихший лес готовится ко сну.
Незыблемы законы мирозданья,
И, вспомнив про ушедшую весну,
Прошепчет:
— До свиданья, до свиданья...
---
Улеглась осенняя сумятица
В тихом ожиданье торжества.
Белоснежным жемчугом украсится
Нынче потемневшая листва.
Белый пух зимы на ветке гибкой,
Словно невесомые цветы,
И природа с радостной улыбкой
Ожидает снежной теплоты...
---
Праздник
Для яркого осеннего букета
Последний лист на память соберу.
Мне кажется: вернулось бабье лето
В предзимнюю холодную Москву.
Опять тепло, и солнце дарит нежность.
И в ноябре природа хороша!
Но, чувствуя прощанья неизбежность,
Болит, скорбит, волнуется душа.
Боясь зимы, страшась суровой стужи,
Стоит притихший обнажённый лес.
Ему мороз сейчас совсем не нужен,
И первый снег, как благодать с Небес.
Деревья тянут руки в покаянье,
Таится тлен в осенней желтизне.
Всё на Земле, увы, непостоянно.
А свет Небесный — в снежной белизне!
---
Первый снег
Кого не очарует первый снег
В лесах, полях, замёрзших руслах рек,
Когда преображённый край родной
Светится, озаряемый луной!
Посеребрённый свет на деревах,
И ветки в серебристых кружевах.
Какой покой в селеньях и бору,
Гудящем сонно на сыром ветру!
Из русских печек вьётся сизый дым,
Плывёт навстречу к облакам седым
Над миротворной снежной чистотой,
Мерцающей нездешней красотой.
И я навстречу Вечности лечу
И раствориться в воздухе хочу.
Легка, чиста, невинна и мала,
Но я живая, я не умерла,
Подобно серебристому огню
Свечусь душой и каждый миг ценю.
---
Плачет за окнами зимняя вьюга.
Холодно, пусто, уныло вокруг.
Кто я тебе? Не жена, не подруга,
Не содержанка, не враг и не друг.
Где ты, развенчанный силой святою,
Рыцарь, увиденный мною во сне?
Горько расстаться с девичьей мечтою.
Зимняя вьюга, поплачь обо мне.
Вихрем врывайся, кружись и аукай;
Силой своею меня поддержи,
Спрячь, пожалей, успокой, убаюкай,
Сказку о вечной любви расскажи.
---
Холода, холода. Сердцу радости нету.
То дождливый закат, то туманный рассвет.
Полетела бы я вольной птицей по свету,
Отыскала б любовь, только силушки нет.
Беспросветные дни, одинокие ночи.
Видно, долго ещё мне с бедою дружить:
И любить не могу, и забыть нету мочи.
Продолжается жизнь, да не хочется жить.
Горе мыкаю я, забываю потерю.
Мы друзья — не друзья, и враги — не враги.
Не зову, не кричу, не надеюсь, не верю.
Помоги мне, Господь, разлюбить помоги.
Я за счастье плачу, я беду забываю.
А любовь — это часть моей жизни большой.
Я прощаю тебя, боль свою убиваю.
Только жить не смогу я с пустою душой.
---
Прекрасен мир любви, но так жесток!
Не плачу, не заламываю руки,
Как жёлтый оторвавшийся листок,
Покорно засыхаю от разлуки.
Осенняя немая красота
Холодной паутиною повисла,
Обманута, доверчива, проста,
Болит душа, и путаются мысли.
В ночи уже не скрипнет больше пол,
Не распахнутся запертые двери,
Ты разлюбил и навсегда ушёл,
Но как же не хочу я в это верить.
Во власти приворотной губ и рук
Ты мне казался добрым, сильным, нежным,
Но всё прошло. Осталась горечь мук.
Никто из нас не будет больше прежним.
---
Любовь пытаясь удержать,
К истокам чувства возвращаюсь.
Я от судьбы хочу бежать
И снова с юностью встречаюсь.
Дыханье тёплое полей,
Лесов пьянящая прохлада
Навеют сон душе моей,
И я обманываться рада.
О, мой развенчанный герой!
Зачем опять меня тревожишь?
Зову тебя я в мир иной,
А ты, увы, летать не можешь.
И Божьей веры чудеса
Твоя душа не принимает.
Мои святые небеса
Тебя совсем не занимают.
В несчастьях прожитых годов
Не ты единственный виновник,
Но та прекрасная любовь
Разбилась птицей о терновник.
---
Зима в моей душе и в марте, и в апреле,
Потоки горьких слёз застыли на снегу.
Подвластные ветрам, безумствуют метели,
А я от них никак укрыться не могу.
И боль звенит струной, никак не отзвенятся,
Неистово кричит без ласки и любви;
Уже едва жива, как раненная птица,
Распятая душа трепещет на крови.
Как, Господи, простить, израненной, избитой?
Я мести не прошу, поверь моей мольбе,
Когда надежды нет и клятвы позабыты,
Дай силы разлюбить и не солгать себе.
---
В белесом тумане лесная опушка,
Весна пролетела, сады отцвели,
Которое лето кукует кукушка,
Кукушкины слёзы травой проросли.
Пьянили твои поцелуи когда-то
И шёпот любовных обманчивых слов,
На пепельном небе полоска заката
Осталась от радужных ласковых снов.
Вина и сомненье в опущенном взгляде:
Измена стоит между мной и тобой.
Напрасно и поздно молить о пощаде,
Того, кто по праву наказан судьбой.
---
По логике житейских утверждений
Нас из-за жён преследуют несчастья.
Мужья полны греховных заблуждений,
А мне тебя Господь послал для счастья.
Моя любовь и райское блаженство,
Надежды луч, звезда моих мечтаний,
Ты мне прости моё несовершенство
И каждый миг сомнений и страданий.
Я так устал от будней монотонных!
Я жил, разлуки боль превозмогая.
Хочу пропасть в глазах твоих бездонных.
Утешь меня сегодня, дорогая.
Ты для меня дороже всех на свете!
Божественна, загадочна, ранима,
Рождённая зарёю на рассвете,
Молясь, шепчу твоё родное имя.
И никогда раскаяться не поздно,
В бесчувствии друг друга упрекая.
Я этот мир, любовь, цветы и звёзды,
И жизнь свою к ногам твоим слагаю.
Моя любовь и райское блаженство,
Надежды луч, звезда моих мечтаний,
Ты мне прости моё несовершенство
И каждый миг сомнений и страданий!
---
Спасибо, Господи, Тебе
За ясный день, за дождь и ветер,
За всё, свершённое в судьбе,
За всё, прожитое на свете.
За счастье, радость, стон и плач,
За тяжкий крест и жизни битву.
Вот-вот неведомый палач
Прервёт последнюю молитву.
Окутав погребальным сном,
Покроет бренным прахом тело.
Я сожалею об одном:
Что очень много не успела.
Напрасно прошлое винить:
Оно невольной тенью ходит.
Мы начинаем жизнь ценить,
Когда она уже уходит.
---
Устав от радостей и бед,
Я подхожу к обрыву жизни.
За ним сияет райский свет
И ветер на унылой тризне.
Вверху небесный рай зовёт,
Внизу страшащий ад зияет,
И Бог идёт… И суд грядёт…
Душа от страха замирает.
Рука, простёртая в мольбе.
Прошу у Господа прощенья:
— Спасибо, Господи, Тебе,
Что время дал для очищенья.
Сними с души грехов покров!
Я не всегда Тебе внимала,
И, не ценя Твоих даров,
Я зло за благо принимала.
Уже не надо ничего:
Всё тускло, призрачно и тленно.
Я приговора Твоего
Дождусь спокойно и смиренно.
Взывает мука из груди,
Покоя смерти жаждет тело…
Но, если хочешь, пощади:
Я на земле не всё успела.
Терпела горе и нужду,
Ропща на жизненную долю…
Исхода Праведного жду
И принимаю Божью Волю.
---
Я вижу час, которого ждала,
Когда по мне звонят колокола.
А я жива, но жизни не хочу
И ставлю поминальную свечу.
Пред Господом свеча моя горит,
И тело ноет, и душа болит.
И мне дано мучительно страдать
И уповать на Божью благодать.
Настойчиво дежурить будет Смерть,
Покуда не иссякнет духа твердь,
И тихо остановит сердца скач
Надрывный стон и реквиема плач.
… Ну, вот и все. Душа моя на воле!
Я в этом мире жить не буду боле!
Для всех людей последний путь извечен.
Утраты горький час не бесконечен.
Ты дал мне, Боже, покаянья дни,
И, коль достойна, в Царствие прими.
Не дожила положенного века
Для грешного земного человека.
Ты озарил тяжёлый грешный путь,
И я была не вправе повернуть,
Но путь мой был уныл и одинок.
И снова я, о Господи, у Ног.
— Отец Небесный, я — Творенья часть.
Позволь моей душе к Тебе припасть,
За жизни дар, любовь и благодать
В причастии Тебя благословлять.
Коль на земле Тебе нужна я впредь,
Веди через страдания и смерть,
И пламя очищения огня:
Святой и сильной сотвори меня,
С душой, достойной царского венца.
Я чашу боли выпью до конца…
Но помоги мне, Господи Иисусе,
Дай силы перед муками не струсить.
Непостижимой жертвою в судьбе
Душой и телом предаюсь Тебе.
---
Я так хочу про всё забыть!
Не сожалеть и не страдать,
И всех простить и не винить,
Не упрекать, не осуждать.
Стою на грани бытия.
Никто не рад, никто не мил.
Душа усталая моя,
Молю, чтоб Бог тебя простил.
Вокруг холодная зима,
И притаилась где-то смерть.
А впереди болезни тьма,
И надо много претерпеть.
О, не покинь меня, Господь!
Одна надежда на Тебя.
Очисти немощную плоть
Из милосердия, любя.
Не праха смерти я страшусь,
Боясь земли покинуть твёрдь,
А перед предками стыжусь,
Что не сумела всё успеть.
---
Я уйду в далёкие края,
Где в садах цветущих птицы свищут,
Я уйду в далёкие края,
Где меня метели не отыщут.
Набродилась, видно, по земле:
На душе — смертельная усталость.
В серебристо-мутном хрустале
Вижу детство, молодость и старость.
На весеннем солнечном пиру
Не кричу в предчувствии разлуки.
Я с собою только заберу
Чувства, мысли, запахи и звуки.
Оставляю мир мечты и были,
Краски солнца, неба и огня,
Чтобы те, которые любили,
Радостной запомнили меня.
---
Мой близкий человек смертельно болен.
Он хочет жить, страдания скрывает,
В спасении больной уже неволен.
Смиренно боль свою одолевает.
Врачи ушли. Прогнозы безнадежны.
И надо с неизбежностью смириться...
Глаза темны, страдающие и нежные...
Осталось только верить и молиться.
О, Пресвятая Матерь — Пантанасса,
Вместившая в Себя Спасенье Мира!
Ты ради Бога, Духа, Сына — Спаса,
Подай ему на покаянье силы.
Он не готов расстаться с миром бренным.
Помилуй душу, Милосердный Боже!
Пусть он уйдёт прощённым и смиренным;
Призри, Господь, его больное ложе.
О, Матерь Пантанасса — Всецарица!
Избавь его от муки бесконечной.
Я буду о спасении молиться.
Подай душе источник жизни вечной.
---
Веселку заснуло и смутило
В реанимации
Из забытья и боли круговерть.
С косой у изголовья встала Смерть,
Свой тёмный саван приоткрыв слегка,
На косе — костлявая рука.
Она молчит, не говорит со мной,
Но увести желает в мир иной.
«Ты не противься: я тебе не враг», —
И подаёт кивком кому-то знак.
В холодной зыбкой красоте своей
Приходит призрак матери моей.
Словами милосердия к судьбе
Меня ласкает и зовёт к себе.
Но губы холодны, в глазах туман...
Я прочь гоню безжизненный обман.
А призрак возникает вновь и вновь
И искушает память и любовь.
Но Смерть не отступает ни нагой!
Гремят фанфары, барабанный бой.
Бесплотных женщин чёрный страшный рой
Беснуется и пляшет предо мной;
Они меня зовут, заводят речь,
В смертельный танец норовят вовлечь.
От любопытства как остановиться —
Я женщинам заглядываю в лица!
Но вместо лиц зияет пустота!..
От страха призываю я Христа!
Средь бела дня вдруг наступает ночь.
Молитвою гоню виденья прочь!
Все призраки смешались, звуки тише;
И я кричу, но голоса не слышу.
Боюсь заснуть: в бессилии, во сне
Не защититься и не выжить мне!
Прильнула к изголовью Смерть опять,
И ждёт меня, и продолжает звать:
— Земной предел лежит в грехах и зле,
И ад не под землёй, а на земле.
Ты мне не веришь на свою беду,
Но я тебя по аду проведу.
...Какой-то лес: берёзы, вётлы, клёны, —
Огромный, неестественно зелёный,
На небе серебрятся облака,
А рядом с лесом — бурая река.
Повсюду свалки мусора и хлама,
Дымит, смердит и полыхает яма,
Горячий ветер клонит травы ниц,
Но нет зверей, не слышно пенья птиц,
Нещадно солнце жаркое палит,
И небо, как пожарище, горит.
Забор. Колючей проволоки ряд.
Охранники-солдаты говорят.
Но я для них невидима сама.
За тем забором мрачная тюрьма.
Пыль, тормоза визжат, дымятся шины!
Во двор въезжают крытые машины.
С машин солдаты спрыгивают ловко,
В повадке их — бесовская сноровка.
Отряд галдит, зловеще оживлён:
— С задания вернулся легион!
Солдаты в человеческом обличье,
Но чувствую звериное отличье.
Людей пленённых выстроили в ряд.
Легионеры — дьявольский отряд!
Похоже, что бесовский рейд удачен.
Противник и разграблен, и захвачен.
Пленённых бесы увели в бараки,
А сами вновь готовятся к атаке.
Гул самолётов, танки едут мимо...
Как хорошо, что я для них незрима!
Интуитивно ощущаю вдруг:
Да здесь же радиация вокруг!
Уже не в силах оставаться боле
Из леса выхожу в большое поле.
Звенящий звук зловещей тишины,
Ужасны виды бойни и войны!
Зловонье, гарь и копоть справа, слева,
Потоптаны и выжжены посевы,
Обуглены, разрушены дома...
Непостижимо это для ума!
Догадка озарила: легион!
И к людям полон ненависти он!
Скорей хочу уйти из этих мест!
И вижу Церковь, православный крест.
Спасенье там! И в Храм хочу войти, —
Закрыты, огорожены пути.
Не отпускает, держит ад земной,
Но я-то знаю, что Господь со мной.
И Ангел шепчет:
— Это не беда,
Святой молебен нужен и вода.
Огонь любви и веры не потух,
Любую немощь одолеет дух.
По силам испытания даны,
Не верь словам, гони Её, гони!
А Смерть в заботах, как родная мать:
— Зачем себе страданья продлевать?
Прими болезнь безропотно свою.
Смиренно упокоишься в раю.
Подумай, поразмысли. Выбирай:
Страданья жизни или вечный рай?
А двум смертям, известно, не бывать.
Зачем же всё на Бога уповать?
Ведь заповедь от новой эры мира
Гласит: не сотвори себе кумира.
Раз с Иисусом Духа одного;
Примеряй маску смертную Его, —
Осклабилась, кивает головой.
А я шепчу:
— Уйди, Христос живой!..
Из забытья и боли круговерть.
Упрямо ждёт свою добычу Смерть.
Со страхом я отчаянно борюсь
И Богу о спасении молюсь:
— Ты в немощи молящим силу дашь!
Прости, спаси, помилуй, Отче наш!
Страданием очистив дух и плоть,
С одра меня воздвигни, мой Господь!
Не для того, чтоб всласть ещё пожить,
А чтоб Тебе и Родине служить,
Воистину страдая и любя,
За всё в судьбе благодарю Тебя!
Свет воссиял. Я вскрикнула невольно,
Узнав Христа! А Он сказал:
— Довольно, —
И жестом Смерти приказал: Уйди, —
Она преодолеет все пути.
...И отступила тьма, и Смерти нет.
Горит свечи заздравной ровный свет.
У изголовья дочка улыбнулась:
— Ну, слава Богу, кажется, очнулась!
Жалея, сострадая и любя,
Мы Господу молились за тебя.
...Что наша жизнь? Земная круговерть:
Рождение, цветенье, плод и смерть.
Но, попустивши испытанья час,
Господь, любя, за всё прощает нас.
Холода, холода. Сердцу радости нету.
То дождливый закат, то туманный рассвет.
Полетела бы я вольной птицей по свету,
Отыскала б любовь, только силушки нет.
Беспросветные дни, одинокие ночи.
Видно, долго ещё мне с бедою дружить:
И любить не могу, и забыть нету мочи.
Продолжается жизнь, да не хочется жить.
Горе мыкаю я, забываю потерю.
Мы друзья — не друзья, и враги — не враги.
Не зову, не кричу, не надеюсь, не верю.
Помоги мне, Господь, разлюбить помоги.
Я за счастье плачу, я беду забываю.
А любовь — это часть моей жизни большой.
Я прощаю тебя, боль свою убиваю.
Только жить не смогу я с пустою душой.
---
Прекрасен мир любви, но так жесток!
Не плачу, не заламываю руки,
Как жёлтый оторвавшийся листок,
Покорно засыхаю от разлуки.
Осенняя немая красота
Холодной паутиною повисла,
Обманута, доверчива, проста,
Болит душа, и путаются мысли.
В ночи уже не скрипнет больше пол,
Не распахнутся запертые двери,
Ты разлюбил и навсегда ушёл,
Но как же не хочу я в это верить.
Во власти приворотной губ и рук
Ты мне казался добрым, сильным, нежным,
Но всё прошло. Осталась горечь мук.
Никто из нас не будет больше прежним.
---
Любовь пытаясь удержать,
К истокам чувства возвращаюсь.
Я от судьбы хочу бежать
И снова с юностью встречаюсь.
Дыханье тёплое полей,
Лесов пьянящая прохлада
Навеют сон душе моей,
И я обманываться рада.
О, мой развенчанный герой!
Зачем опять меня тревожишь?
Зову тебя я в мир иной,
А ты, увы, летать не можешь.
И Божьей веры чудеса
Твоя душа не принимает.
Мои святые небеса
Тебя совсем не занимают.
В несчастьях прожитых годов
Не ты единственный виновник,
Но та прекрасная любовь
Разбилась птицей о терновник.
---
Зима в моей душе и в марте, и в апреле,
Потоки горьких слёз застыли на снегу.
Подвластные ветрам, безумствуют метели,
А я от них никак укрыться не могу.
И боль звенит струной, никак не отзвенятся,
Неистово кричит без ласки и любви;
Уже едва жива, как раненная птица,
Распятая душа трепещет на крови.
Как, Господи, простить, израненной, избитой?
Я мести не прошу, поверь моей мольбе,
Когда надежды нет и клятвы позабыты,
Дай силы разлюбить и не солгать себе.
---
В белесом тумане лесная опушка,
Весна пролетела, сады отцвели,
Которое лето кукует кукушка,
Кукушкины слёзы травой проросли.
Пьянили твои поцелуи когда-то
И шёпот любовных обманчивых слов,
На пепельном небе полоска заката
Осталась от радужных ласковых снов.
Вина и сомненье в опущенном взгляде:
Измена стоит между мной и тобой.
Напрасно и поздно молить о пощаде,
Того, кто по праву наказан судьбой.
---
По логике житейских утверждений
Нас из-за жён преследуют несчастья.
Мужья полны греховных заблуждений,
А мне тебя Господь послал для счастья.
Моя любовь и райское блаженство,
Надежды луч, звезда моих мечтаний,
Ты мне прости моё несовершенство
И каждый миг сомнений и страданий.
Я так устал от будней монотонных!
Я жил, разлуки боль превозмогая.
Хочу пропасть в глазах твоих бездонных.
Утешь меня сегодня, дорогая.
Ты для меня дороже всех на свете!
Божественна, загадочна, ранима,
Рождённая зарёю на рассвете,
Молясь, шепчу твоё родное имя.
И никогда раскаяться не поздно,
В бесчувствии друг друга упрекая.
Я этот мир, любовь, цветы и звёзды,
И жизнь свою к ногам твоим слагаю.
Моя любовь и райское блаженство,
Надежды луч, звезда моих мечтаний,
Ты мне прости моё несовершенство
И каждый миг сомнений и страданий!
---
Спасибо, Господи, Тебе
За ясный день, за дождь и ветер,
За всё, свершённое в судьбе,
За всё, прожитое на свете.
За счастье, радость, стон и плач,
За тяжкий крест и жизни битву.
Вот-вот неведомый палач
Прервёт последнюю молитву.
Окутав погребальным сном,
Покроет бренным прахом тело.
Я сожалею об одном:
Что очень много не успела.
Напрасно прошлое винить:
Оно невольной тенью ходит.
Мы начинаем жизнь ценить,
Когда она уже уходит.
---
Устав от радостей и бед,
Я подхожу к обрыву жизни.
За ним сияет райский свет
И ветер на унылой тризне.
Вверху небесный рай зовёт,
Внизу страшащий ад зияет,
И Бог идёт… И суд грядёт…
Душа от страха замирает.
Рука, простёртая в мольбе.
Прошу у Господа прощенья:
— Спасибо, Господи, Тебе,
Что время дал для очищенья.
Сними с души грехов покров!
Я не всегда Тебе внимала,
И, не ценя Твоих даров,
Я зло за благо принимала.
Уже не надо ничего:
Всё тускло, призрачно и тленно.
Я приговора Твоего
Дождусь спокойно и смиренно.
Взывает мука из груди,
Покоя смерти жаждет тело…
Но, если хочешь, пощади:
Я на земле не всё успела.
Терпела горе и нужду,
Ропща на жизненную долю…
Исхода Праведного жду
И принимаю Божью Волю.
---
Я вижу час, которого ждала,
Когда по мне звонят колокола.
А я жива, но жизни не хочу
И ставлю поминальную свечу.
Пред Господом свеча моя горит,
И тело ноет, и душа болит.
И мне дано мучительно страдать
И уповать на Божью благодать.
Настойчиво дежурить будет Смерть,
Покуда не иссякнет духа твердь,
И тихо остановит сердца скач
Надрывный стон и реквиема плач.
… Ну, вот и все. Душа моя на воле!
Я в этом мире жить не буду боле!
Для всех людей последний путь извечен.
Утраты горький час не бесконечен.
Ты дал мне, Боже, покаянья дни,
И, коль достойна, в Царствие прими.
Не дожила положенного века
Для грешного земного человека.
Ты озарил тяжёлый грешный путь,
И я была не вправе повернуть,
Но путь мой был уныл и одинок.
И снова я, о Господи, у Ног.
— Отец Небесный, я — Творенья часть.
Позволь моей душе к Тебе припасть,
За жизни дар, любовь и благодать
В причастии Тебя благословлять.
Коль на земле Тебе нужна я впредь,
Веди через страдания и смерть,
И пламя очищения огня:
Святой и сильной сотвори меня,
С душой, достойной царского венца.
Я чашу боли выпью до конца…
Но помоги мне, Господи Иисусе,
Дай силы перед муками не струсить.
Непостижимой жертвою в судьбе
Душой и телом предаюсь Тебе.
---
Я так хочу про всё забыть!
Не сожалеть и не страдать,
И всех простить и не винить,
Не упрекать, не осуждать.
Стою на грани бытия.
Никто не рад, никто не мил.
Душа усталая моя,
Молю, чтоб Бог тебя простил.
Вокруг холодная зима,
И притаилась где-то смерть.
А впереди болезни тьма,
И надо много претерпеть.
О, не покинь меня, Господь!
Одна надежда на Тебя.
Очисти немощную плоть
Из милосердия, любя.
Не праха смерти я страшусь,
Боясь земли покинуть твёрдь,
А перед предками стыжусь,
Что не сумела всё успеть.
---
Я уйду в далёкие края,
Где в садах цветущих птицы свищут,
Я уйду в далёкие края,
Где меня метели не отыщут.
Набродилась, видно, по земле:
На душе — смертельная усталость.
В серебристо-мутном хрустале
Вижу детство, молодость и старость.
На весеннем солнечном пиру
Не кричу в предчувствии разлуки.
Я с собою только заберу
Чувства, мысли, запахи и звуки.
Оставляю мир мечты и были,
Краски солнца, неба и огня,
Чтобы те, которые любили,
Радостной запомнили меня.
---
Мой близкий человек смертельно болен.
Он хочет жить, страдания скрывает,
В спасении больной уже неволен.
Смиренно боль свою одолевает.
Врачи ушли. Прогнозы безнадежны.
И надо с неизбежностью смириться...
Глаза темны, страдающие и нежные...
Осталось только верить и молиться.
О, Пресвятая Матерь — Пантанасса,
Вместившая в Себя Спасенье Мира!
Ты ради Бога, Духа, Сына — Спаса,
Подай ему на покаянье силы.
Он не готов расстаться с миром бренным.
Помилуй душу, Милосердный Боже!
Пусть он уйдёт прощённым и смиренным;
Призри, Господь, его больное ложе.
О, Матерь Пантанасса — Всецарица!
Избавь его от муки бесконечной.
Я буду о спасении молиться.
Подай душе источник жизни вечной.
---
Веселку заснуло и смутило
В реанимации
Из забытья и боли круговерть.
С косой у изголовья встала Смерть,
Свой тёмный саван приоткрыв слегка,
На косе — костлявая рука.
Она молчит, не говорит со мной,
Но увести желает в мир иной.
«Ты не противься: я тебе не враг», —
И подаёт кивком кому-то знак.
В холодной зыбкой красоте своей
Приходит призрак матери моей.
Словами милосердия к судьбе
Меня ласкает и зовёт к себе.
Но губы холодны, в глазах туман...
Я прочь гоню безжизненный обман.
А призрак возникает вновь и вновь
И искушает память и любовь.
Но Смерть не отступает ни нагой!
Гремят фанфары, барабанный бой.
Бесплотных женщин чёрный страшный рой
Беснуется и пляшет предо мной;
Они меня зовут, заводят речь,
В смертельный танец норовят вовлечь.
От любопытства как остановиться —
Я женщинам заглядываю в лица!
Но вместо лиц зияет пустота!..
От страха призываю я Христа!
Средь бела дня вдруг наступает ночь.
Молитвою гоню виденья прочь!
Все призраки смешались, звуки тише;
И я кричу, но голоса не слышу.
Боюсь заснуть: в бессилии, во сне
Не защититься и не выжить мне!
Прильнула к изголовью Смерть опять,
И ждёт меня, и продолжает звать:
— Земной предел лежит в грехах и зле,
И ад не под землёй, а на земле.
Ты мне не веришь на свою беду,
Но я тебя по аду проведу.
...Какой-то лес: берёзы, вётлы, клёны, —
Огромный, неестественно зелёный,
На небе серебрятся облака,
А рядом с лесом — бурая река.
Повсюду свалки мусора и хлама,
Дымит, смердит и полыхает яма,
Горячий ветер клонит травы ниц,
Но нет зверей, не слышно пенья птиц,
Нещадно солнце жаркое палит,
И небо, как пожарище, горит.
Забор. Колючей проволоки ряд.
Охранники-солдаты говорят.
Но я для них невидима сама.
За тем забором мрачная тюрьма.
Пыль, тормоза визжат, дымятся шины!
Во двор въезжают крытые машины.
С машин солдаты спрыгивают ловко,
В повадке их — бесовская сноровка.
Отряд галдит, зловеще оживлён:
— С задания вернулся легион!
Солдаты в человеческом обличье,
Но чувствую звериное отличье.
Людей пленённых выстроили в ряд.
Легионеры — дьявольский отряд!
Похоже, что бесовский рейд удачен.
Противник и разграблен, и захвачен.
Пленённых бесы увели в бараки,
А сами вновь готовятся к атаке.
Гул самолётов, танки едут мимо...
Как хорошо, что я для них незрима!
Интуитивно ощущаю вдруг:
Да здесь же радиация вокруг!
Уже не в силах оставаться боле
Из леса выхожу в большое поле.
Звенящий звук зловещей тишины,
Ужасны виды бойни и войны!
Зловонье, гарь и копоть справа, слева,
Потоптаны и выжжены посевы,
Обуглены, разрушены дома...
Непостижимо это для ума!
Догадка озарила: легион!
И к людям полон ненависти он!
Скорей хочу уйти из этих мест!
И вижу Церковь, православный крест.
Спасенье там! И в Храм хочу войти, —
Закрыты, огорожены пути.
Не отпускает, держит ад земной,
Но я-то знаю, что Господь со мной.
И Ангел шепчет:
— Это не беда,
Святой молебен нужен и вода.
Огонь любви и веры не потух,
Любую немощь одолеет дух.
По силам испытания даны,
Не верь словам, гони Её, гони!
А Смерть в заботах, как родная мать:
— Зачем себе страданья продлевать?
Прими болезнь безропотно свою.
Смиренно упокоишься в раю.
Подумай, поразмысли. Выбирай:
Страданья жизни или вечный рай?
А двум смертям, известно, не бывать.
Зачем же всё на Бога уповать?
Ведь заповедь от новой эры мира
Гласит: не сотвори себе кумира.
Раз с Иисусом Духа одного;
Примеряй маску смертную Его, —
Осклабилась, кивает головой.
А я шепчу:
— Уйди, Христос живой!..
Из забытья и боли круговерть.
Упрямо ждёт свою добычу Смерть.
Со страхом я отчаянно борюсь
И Богу о спасении молюсь:
— Ты в немощи молящим силу дашь!
Прости, спаси, помилуй, Отче наш!
Страданием очистив дух и плоть,
С одра меня воздвигни, мой Господь!
Не для того, чтоб всласть ещё пожить,
А чтоб Тебе и Родине служить,
Воистину страдая и любя,
За всё в судьбе благодарю Тебя!
Свет воссиял. Я вскрикнула невольно,
Узнав Христа! А Он сказал:
— Довольно, —
И жестом Смерти приказал: Уйди, —
Она преодолеет все пути.
...И отступила тьма, и Смерти нет.
Горит свечи заздравной ровный свет.
У изголовья дочка улыбнулась:
— Ну, слава Богу, кажется, очнулась!
Жалея, сострадая и любя,
Мы Господу молились за тебя.
...Что наша жизнь? Земная круговерть:
Рождение, цветенье, плод и смерть.
Но, попустивши испытанья час,
Господь, любя, за всё прощает нас.
Помоги мне, помоги мне, Божья Матерь Пресвятая!
Так не хочется мне, грешной, умереть в расцвете лет!
Я Тебе Канон молебный о спасении читаю,
Говорят врачи напрасно, что спасенья будто нет.
От моей болезни тяжкой я свечой горящей таю,
Пред иконою твоею на колени припаду.
Помоги мне, помоги мне, Божья Матерь Пресвятая,
Помоги святою верой одолеть мою беду.
Снизойди, о Божья Матерь, и приникни к изголовью!
Вместо матери умершей сердце бедное согрей,
А в унынии и скорби укрепи святой любовью;
Пожалей моих любимых ненаглядных дочерей.
Перед Богом я смирена. Над судьбой не причитаю.
В покаянии сердечном я греха не умалю.
Помоги моей надежде, Божья Матерь Пресвятая!
Ты у Господа и Сына душу вымоли мою.
---
Господь Всевышний, любящий меня,
Не оставляй одну меня в пустыне.
Я жажду благодатного огня,
Хотя живу в унынье и гордыне.
Я знаю недостоинства свои,
Во зле живу по грешной сути, каюсь;
И, принимая Таинства Твои,
Вновь от Тебя всечасно отрекаюсь.
Безмерно милосердие Христа,
Разбойника вознесшего на Небо.
Я тоже, как разбойник, нечиста,
И камень предлагаю вместо хлеба.
Спаси меня и сохрани в пути,
Таком нелёгком, грешном и бесчестном!
Я всё-таки надеюсь обрести
Души бессмертье в Царствии Небесном.
---
Отцу Виталию Тогубицкому, настоятелю храма Святителя Николая Чудотворца в Бирюлёве
Пречестный отче! Помолитесь за меня.
Вас Бог послал моей душе на утешенье.
За муки лет, на склоне жизненного дня
Господь подал мне озаренье и спасенье.
Вы подтвердите, отче, исповедь мою
И помогите мне избавиться от скверны.
Я сокрушенно о прощении молю.
Любовь Творца и милосердие безмерны.
Трудясь воистину, не покладая рук,
Вы не прельщаетесь ни знатностью, ни знатью;
Отец Виталий, Вы — усерднейший из слуг,
Вас укрепляет Бог Своею благодатью.
Да будем мы кротки и духов высоки,
И чистотой, и Вашей верой укрепляться,
Дай Бог служить и исповедовать грехи,
А самому таким же светлым оставаться.
Пошли Вам, Господи, и благ, и долгих лет,
И укрепи в пути, служении и слове!
Да озаряет Правдой вечно Божий Свет
Храм Николая Чудотворца в Бирюлёве!
---
Чхиквадзе Владимиру Давыдовичу, хирургу, профессору, проводившему мне операцию
К тебе взываю, православный мир,
Спасённый и искупленный Мессией!
Сегодня горек христианский пир:
Размежевались Грузия с Россией.
Забыты дух и мудрость праотцов,
История, обычаи, культура,
И мы имеем волею глупцов
Свободных государств карикатуры.
Веками в православии росли:
Грузин и русских братьями считали.
Союзы между странами цари
Святейшим долгом чести почитали.
Когда народ разбил Наполеона,
Бог наших предков славою венчал!
Тогда отважный род Багратиона
С Кутузовым Россию защищал!
Разгром фашизма... Прожитые годы...
Не помня зла, не ведая преград,
Плечом к плечу вставали все народы
Не ради славы, денег и наград.
Профессор, благодарность Вам моя.
Вы служите и людям, и Отчизне,
Проводите по грани бытия
Людей, от смерти возвращая к жизни.
И Ваш талант — достойная корона
Служенья, милосердия, добра.
По Божьей воле внук Багратиона
Спас правнучку Великого Петра.
---
Не говори мне, милый, ни о чём:
Ты встрече рад, здоров, — и всё в порядке.
Правдивей слов расскажут обо всём
Твоих волос серебряные прядки.
Пусть гнев твоей души не осквернит,
И враг твоей не попирает чести,
Пускай тебя любовь моя хранит
От ненависти, зависти и мести.
Не говори, что страсть сжигает плоть,
Что сердце ноет, боль в душе таится...
Ты всех прости. Храни тебя Господь.
Я буду, милый, о тебе молиться.
---
Устаю от понурого бега
И живу в непьянящем хмелю.
Хлопья раннего первого снега
Я дрожащей рукою ловлю.
Дай же, Боже, душе моей крылья —
Устремиться в высокий полёт.
Но напрасны мольбы и усилья:
Оторваться земля не даёт.
Среди сильных, здоровых, лукавых
В грешном мире сует суета.
В слепоте, глухоте и забавах
Не нужна нам Небес высота.
В испытаньях, болезни и муке
Ты, Господь, помогал и спасал:
Врачевали незримые руки,
Нежный голос в скорбях утешал.
Не жалею земной своей жизни,
Но расстаться с ней тягостно мне.
И тоскует душа по Отчизне,
По Небесной своей вышине.
---
Встреча
Карповой Т. М.
Налей мне вина, дорогая подруга.
Мы встретились вновь через несколько лет.
За тёплый приём, за детей и за друга,
За тех, кто живёт, и за тех, кого нет.
Пусть будет короткой, но радостной встреча, —
А в наши года и не надо иных, —
Мы будем с тобой вспоминать целый вечер
О давних знакомых, друзьях и родных.
Ни жизнь, ни судьба нас с тобой не щадили,
Но наши пути не сошлись поперёк,
И мы женихов и мужей не делили,
От зависти чёрной Господь уберёт.
Пусть что-то сбылось, что-то вышло иначе.
Ты счастьем и горем со мной поделись,
Разделим беду, погорюем, поплачем;
Счастливой улыбкой опять улыбнись.
За всё дорогою ценой заплатили,
И жаль безвозвратности прожитых дней.
Давай сбережём, что ещё сохранили:
Чем дольше живём, тем потери больней.
За верную дружбу, за встречи-разлуки,
За тех, кого любим всегда и сейчас.
Пусть дети живут и рождаются внуки,
И дай им, Господь, быть счастливее нас.
Так будем здоровы, добры и сердечны.
За партой одной мы сидели с тобой.
И станем на миг молоды и беспечны,
Две старых подруги с похожей судьбой.
---
Юбилеи, юбилеи...
Я от лет уже хмелею,
Но на возраст что ворчать —
Это времени печать.
Чистым сердцем, добрым взглядом
Юбиляра встретить надо
И отметить от души
Бренной жизни рубежи,
Чтобы радостней жилось,
Чтоб хотелось и моглось,
Был бы дорог человек
Для родных, друзей, коллег,
Чтобы искренне любили
И поздравить не забыли,
Угостились тем, что есть,
Оказав почёт и честь.
Жизни трудная дорога —
Не судите слишком строго,
Позабудьте боль обид.
Мы простим, и Бог простит.
Пожелать хочу с любовью
Счастья, мира и здоровья,
И чтоб в жизни был твоей
Не последний юбилей.
---
Внучке Елизавете
Божий мир как дворец для любви и блаженства,
В нём с лазурных небес льёт божественный свет.
Ты живи и расти в нём, моё совершенство,
Где ещё ни болезней, ни горестей нет.
В нём улыбкой встречай лета, вёсны и зимы,
Огнеликий рассвет и закат над рекой.
Будь же счастлива ты, весела и любима.
Да пошлёт тебе Бог благодать и покой!
Я, мой ангел, беречь и хранить тебя буду,
Ты и счастьем со мной и бедою делись.
Даже в мире ином я тебя не забуду,
Ну, а ты на земле за меня помолись.
---
В санатории
Как, старость, незаметно ты подкралась,
Ссутулила и женщин, и мужчин,
Наслала нездоровье и усталость,
Покрыла лица сеткою морщин.
Земной предел житейской круговерти.
Страшит живущих времени волна.
Успеть бы всё и вымолить бессмертье,
Добро и зло изведавши сполна!
О, как мы мало думаем о вечном,
Покуда наша жизнь течёт рекой,
И в суетном стремленье бесконечном
Стяжаем блага, славу и покой.
У Бога не прошу судьбу иную,
Растают годы в дымке голубой.
Я к прошлому тебя не приревную,
А будущего нет у нас с тобой.
Всё преходящее в жизни быстротечной,
И лишь душа найдёт себе приют,
Но это — Там, в пределах жизни вечной,
Когда свершится Высший Божий Суд.
---
Густой туман ночную мглу окутал,
Да так, что ни проехать, ни пройти;
Околдовал, укрыл и перепутал,
Перевернул дороги и пути.
Земля в тумане призрачном и белом,
Оцепенела жизнь в родном краю;
И я стою на тропочке несмело...
Как над обрывом пропасти стою.
И кажется чужой в тумане местность, —
Хочу найти какой-нибудь просвет, —
Везде туман! В тумане — неизвестность.
И уповаю только на рассвет.
Уходит сон, до боли сжаты плечи,
В душе болит закравшийся обман;
Мерцают светлячков живые свечи.
Когда же ты рассеешься, туман?
Лицо умою утренней росою,
Разбудят солнце птичьи голоса.
Рассвет зажёгся яркой полоскою.
С надеждою гляжу на Небеса.
---
Смиряю плоть, молюсь, терплю болезни.
Зачем сейчас мне жизнь любой ценой?
Ведь покаянье для души полезней
Перед уходом страшным в мир иной.
Устала от житейской круговерти,
И в грешном мире нечем дорожить.
Давно готова я к уходу — смерти,
И надо умереть, чтобы снова жить.
---
Восход осенний холоден и ярок.
От мыслей и от боли не уснуть.
Молитвенной свечи остыл огарок.
Остались силы на последний путь.
Я много в прошлой жизни упустила.
Ошибками не стоит дорожить:
Обидела кого-то, не простила...
Господь решает: жить или не жить.
О, как постыло за родным порогом
Истерзанному сердцу моему,
И я предвосхищаю встречу с Богом,
И смерть земную с радостью приму.
По силам наказанье и расплата,
В гордыне с Божьей волей не борюсь.
Мне душу не сожжёт тоска-утрата.
Раскаюсь. Повинюсь. И покорюсь.
---
Хотелось мне постичь гармонию Вселенной,
И грешную душой стремясь подняться ввысь,
Мелодии внимать той песни сокровенной,
В которую миры таинственно влились.
Хотелось одолеть тревоги и сомненья,
И душу отогреть у Вечного Огня,
Просила б я любви, надежды, вдохновенья
И чтобы за грехи Господь простил меня.
Прощённая душа чиста и первозданна.
Я мысленно лечу по Млечному Пути.
Горит моя звезда, прекрасна и желанна,
Я в Вечности хочу приют себе найти.
В безмолвии Небес откликнется моленье.
Все отзвуки миров в мелодию слились,
И, смыслу вопреки, живёт во мне стремленье:
Восторженной душой понять святую высь.
---
Святая Русь — Держава благодати.
Вот Шамординский женский монастырь.
Следы скорбей и радостей печати,
Калужские просторы вдаль и вширь.
К святым местам ведёт меня дорога.
Здесь Божий Дух витает в тишине.
Монахиням открыты тайны Бога,
И их служенье — в умиленье мне.
О, сколько женщин здесь встречает осень,
Найдя приют Небесного Отца!
И прозорливый батюшка Амвросий
Врачует людям души и сердца;
Доныне чудеса свои являет,
Заботливо приходит и в тиши
Врачует, умудряет, наставляет
И исцеляет недуги души.
Мы нашей жизни продлеваем сроки
Прикосновеньем к радости святой.
Благословенным кладези истоки,
Поющие живительной водой!
Молясь, святое имя произносим,
С надеждой и любовью говорим:
— Храни обитель, батюшка Амвросий,
Молитвенным предстательством своим.
Так не хочется мне, грешной, умереть в расцвете лет!
Я Тебе Канон молебный о спасении читаю,
Говорят врачи напрасно, что спасенья будто нет.
От моей болезни тяжкой я свечой горящей таю,
Пред иконою твоею на колени припаду.
Помоги мне, помоги мне, Божья Матерь Пресвятая,
Помоги святою верой одолеть мою беду.
Снизойди, о Божья Матерь, и приникни к изголовью!
Вместо матери умершей сердце бедное согрей,
А в унынии и скорби укрепи святой любовью;
Пожалей моих любимых ненаглядных дочерей.
Перед Богом я смирена. Над судьбой не причитаю.
В покаянии сердечном я греха не умалю.
Помоги моей надежде, Божья Матерь Пресвятая!
Ты у Господа и Сына душу вымоли мою.
---
Господь Всевышний, любящий меня,
Не оставляй одну меня в пустыне.
Я жажду благодатного огня,
Хотя живу в унынье и гордыне.
Я знаю недостоинства свои,
Во зле живу по грешной сути, каюсь;
И, принимая Таинства Твои,
Вновь от Тебя всечасно отрекаюсь.
Безмерно милосердие Христа,
Разбойника вознесшего на Небо.
Я тоже, как разбойник, нечиста,
И камень предлагаю вместо хлеба.
Спаси меня и сохрани в пути,
Таком нелёгком, грешном и бесчестном!
Я всё-таки надеюсь обрести
Души бессмертье в Царствии Небесном.
---
Отцу Виталию Тогубицкому, настоятелю храма Святителя Николая Чудотворца в Бирюлёве
Пречестный отче! Помолитесь за меня.
Вас Бог послал моей душе на утешенье.
За муки лет, на склоне жизненного дня
Господь подал мне озаренье и спасенье.
Вы подтвердите, отче, исповедь мою
И помогите мне избавиться от скверны.
Я сокрушенно о прощении молю.
Любовь Творца и милосердие безмерны.
Трудясь воистину, не покладая рук,
Вы не прельщаетесь ни знатностью, ни знатью;
Отец Виталий, Вы — усерднейший из слуг,
Вас укрепляет Бог Своею благодатью.
Да будем мы кротки и духов высоки,
И чистотой, и Вашей верой укрепляться,
Дай Бог служить и исповедовать грехи,
А самому таким же светлым оставаться.
Пошли Вам, Господи, и благ, и долгих лет,
И укрепи в пути, служении и слове!
Да озаряет Правдой вечно Божий Свет
Храм Николая Чудотворца в Бирюлёве!
---
Чхиквадзе Владимиру Давыдовичу, хирургу, профессору, проводившему мне операцию
К тебе взываю, православный мир,
Спасённый и искупленный Мессией!
Сегодня горек христианский пир:
Размежевались Грузия с Россией.
Забыты дух и мудрость праотцов,
История, обычаи, культура,
И мы имеем волею глупцов
Свободных государств карикатуры.
Веками в православии росли:
Грузин и русских братьями считали.
Союзы между странами цари
Святейшим долгом чести почитали.
Когда народ разбил Наполеона,
Бог наших предков славою венчал!
Тогда отважный род Багратиона
С Кутузовым Россию защищал!
Разгром фашизма... Прожитые годы...
Не помня зла, не ведая преград,
Плечом к плечу вставали все народы
Не ради славы, денег и наград.
Профессор, благодарность Вам моя.
Вы служите и людям, и Отчизне,
Проводите по грани бытия
Людей, от смерти возвращая к жизни.
И Ваш талант — достойная корона
Служенья, милосердия, добра.
По Божьей воле внук Багратиона
Спас правнучку Великого Петра.
---
Не говори мне, милый, ни о чём:
Ты встрече рад, здоров, — и всё в порядке.
Правдивей слов расскажут обо всём
Твоих волос серебряные прядки.
Пусть гнев твоей души не осквернит,
И враг твоей не попирает чести,
Пускай тебя любовь моя хранит
От ненависти, зависти и мести.
Не говори, что страсть сжигает плоть,
Что сердце ноет, боль в душе таится...
Ты всех прости. Храни тебя Господь.
Я буду, милый, о тебе молиться.
---
Устаю от понурого бега
И живу в непьянящем хмелю.
Хлопья раннего первого снега
Я дрожащей рукою ловлю.
Дай же, Боже, душе моей крылья —
Устремиться в высокий полёт.
Но напрасны мольбы и усилья:
Оторваться земля не даёт.
Среди сильных, здоровых, лукавых
В грешном мире сует суета.
В слепоте, глухоте и забавах
Не нужна нам Небес высота.
В испытаньях, болезни и муке
Ты, Господь, помогал и спасал:
Врачевали незримые руки,
Нежный голос в скорбях утешал.
Не жалею земной своей жизни,
Но расстаться с ней тягостно мне.
И тоскует душа по Отчизне,
По Небесной своей вышине.
---
Встреча
Карповой Т. М.
Налей мне вина, дорогая подруга.
Мы встретились вновь через несколько лет.
За тёплый приём, за детей и за друга,
За тех, кто живёт, и за тех, кого нет.
Пусть будет короткой, но радостной встреча, —
А в наши года и не надо иных, —
Мы будем с тобой вспоминать целый вечер
О давних знакомых, друзьях и родных.
Ни жизнь, ни судьба нас с тобой не щадили,
Но наши пути не сошлись поперёк,
И мы женихов и мужей не делили,
От зависти чёрной Господь уберёт.
Пусть что-то сбылось, что-то вышло иначе.
Ты счастьем и горем со мной поделись,
Разделим беду, погорюем, поплачем;
Счастливой улыбкой опять улыбнись.
За всё дорогою ценой заплатили,
И жаль безвозвратности прожитых дней.
Давай сбережём, что ещё сохранили:
Чем дольше живём, тем потери больней.
За верную дружбу, за встречи-разлуки,
За тех, кого любим всегда и сейчас.
Пусть дети живут и рождаются внуки,
И дай им, Господь, быть счастливее нас.
Так будем здоровы, добры и сердечны.
За партой одной мы сидели с тобой.
И станем на миг молоды и беспечны,
Две старых подруги с похожей судьбой.
---
Юбилеи, юбилеи...
Я от лет уже хмелею,
Но на возраст что ворчать —
Это времени печать.
Чистым сердцем, добрым взглядом
Юбиляра встретить надо
И отметить от души
Бренной жизни рубежи,
Чтобы радостней жилось,
Чтоб хотелось и моглось,
Был бы дорог человек
Для родных, друзей, коллег,
Чтобы искренне любили
И поздравить не забыли,
Угостились тем, что есть,
Оказав почёт и честь.
Жизни трудная дорога —
Не судите слишком строго,
Позабудьте боль обид.
Мы простим, и Бог простит.
Пожелать хочу с любовью
Счастья, мира и здоровья,
И чтоб в жизни был твоей
Не последний юбилей.
---
Внучке Елизавете
Божий мир как дворец для любви и блаженства,
В нём с лазурных небес льёт божественный свет.
Ты живи и расти в нём, моё совершенство,
Где ещё ни болезней, ни горестей нет.
В нём улыбкой встречай лета, вёсны и зимы,
Огнеликий рассвет и закат над рекой.
Будь же счастлива ты, весела и любима.
Да пошлёт тебе Бог благодать и покой!
Я, мой ангел, беречь и хранить тебя буду,
Ты и счастьем со мной и бедою делись.
Даже в мире ином я тебя не забуду,
Ну, а ты на земле за меня помолись.
---
В санатории
Как, старость, незаметно ты подкралась,
Ссутулила и женщин, и мужчин,
Наслала нездоровье и усталость,
Покрыла лица сеткою морщин.
Земной предел житейской круговерти.
Страшит живущих времени волна.
Успеть бы всё и вымолить бессмертье,
Добро и зло изведавши сполна!
О, как мы мало думаем о вечном,
Покуда наша жизнь течёт рекой,
И в суетном стремленье бесконечном
Стяжаем блага, славу и покой.
У Бога не прошу судьбу иную,
Растают годы в дымке голубой.
Я к прошлому тебя не приревную,
А будущего нет у нас с тобой.
Всё преходящее в жизни быстротечной,
И лишь душа найдёт себе приют,
Но это — Там, в пределах жизни вечной,
Когда свершится Высший Божий Суд.
---
Густой туман ночную мглу окутал,
Да так, что ни проехать, ни пройти;
Околдовал, укрыл и перепутал,
Перевернул дороги и пути.
Земля в тумане призрачном и белом,
Оцепенела жизнь в родном краю;
И я стою на тропочке несмело...
Как над обрывом пропасти стою.
И кажется чужой в тумане местность, —
Хочу найти какой-нибудь просвет, —
Везде туман! В тумане — неизвестность.
И уповаю только на рассвет.
Уходит сон, до боли сжаты плечи,
В душе болит закравшийся обман;
Мерцают светлячков живые свечи.
Когда же ты рассеешься, туман?
Лицо умою утренней росою,
Разбудят солнце птичьи голоса.
Рассвет зажёгся яркой полоскою.
С надеждою гляжу на Небеса.
---
Смиряю плоть, молюсь, терплю болезни.
Зачем сейчас мне жизнь любой ценой?
Ведь покаянье для души полезней
Перед уходом страшным в мир иной.
Устала от житейской круговерти,
И в грешном мире нечем дорожить.
Давно готова я к уходу — смерти,
И надо умереть, чтобы снова жить.
---
Восход осенний холоден и ярок.
От мыслей и от боли не уснуть.
Молитвенной свечи остыл огарок.
Остались силы на последний путь.
Я много в прошлой жизни упустила.
Ошибками не стоит дорожить:
Обидела кого-то, не простила...
Господь решает: жить или не жить.
О, как постыло за родным порогом
Истерзанному сердцу моему,
И я предвосхищаю встречу с Богом,
И смерть земную с радостью приму.
По силам наказанье и расплата,
В гордыне с Божьей волей не борюсь.
Мне душу не сожжёт тоска-утрата.
Раскаюсь. Повинюсь. И покорюсь.
---
Хотелось мне постичь гармонию Вселенной,
И грешную душой стремясь подняться ввысь,
Мелодии внимать той песни сокровенной,
В которую миры таинственно влились.
Хотелось одолеть тревоги и сомненья,
И душу отогреть у Вечного Огня,
Просила б я любви, надежды, вдохновенья
И чтобы за грехи Господь простил меня.
Прощённая душа чиста и первозданна.
Я мысленно лечу по Млечному Пути.
Горит моя звезда, прекрасна и желанна,
Я в Вечности хочу приют себе найти.
В безмолвии Небес откликнется моленье.
Все отзвуки миров в мелодию слились,
И, смыслу вопреки, живёт во мне стремленье:
Восторженной душой понять святую высь.
---
Святая Русь — Держава благодати.
Вот Шамординский женский монастырь.
Следы скорбей и радостей печати,
Калужские просторы вдаль и вширь.
К святым местам ведёт меня дорога.
Здесь Божий Дух витает в тишине.
Монахиням открыты тайны Бога,
И их служенье — в умиленье мне.
О, сколько женщин здесь встречает осень,
Найдя приют Небесного Отца!
И прозорливый батюшка Амвросий
Врачует людям души и сердца;
Доныне чудеса свои являет,
Заботливо приходит и в тиши
Врачует, умудряет, наставляет
И исцеляет недуги души.
Мы нашей жизни продлеваем сроки
Прикосновеньем к радости святой.
Благословенным кладези истоки,
Поющие живительной водой!
Молясь, святое имя произносим,
С надеждой и любовью говорим:
— Храни обитель, батюшка Амвросий,
Молитвенным предстательством своим.
В монастыре
Монастырские стены-развалины —
Эха прошлого гулкий приют.
О живущих, убитых, затравленных
Тихо души монахов поют.
Скорбны лики, потуплены очи;
С поднебесья — Всевышнего взор,
И поёт на окраине ночи
Монастырский и ангельский хор.
Сокровенное чувство блаженства!
Не могу ни вздохнуть, ни уйти.
И восходит Любви совершенство,
Растворяясь на Млечном пути.
Тихий шёпот и крыльев смятенье,
Голос Вечности тает в тиши.
Крепко держит земли притяженье
Крылья грешной усталой души.
— Сжалься, Отче! — в молитве взываю,
Сколько мук мне отпущено впредь?
Я смиренно на крест уповаю.
Может, счастье — сейчас умереть?!
Бог сомненья мои разрешает,
И свидетель Небесной Любви,
Божий Ангел, меня утешает:
— Не печалься, молись и живи.
---
Монахиням Шамординского монастыря: Александре, Лиониле, Никандре
Величие духовной высоты!
Глухая монастырская стена.
В приюте доброты и красоты
Божественно прекрасна тишина.
Я роскошь одиночества люблю.
Безмолвие дороже мне веселья.
Я шума городского не терплю,
Душе милей монашеская келья,
Чтоб мудрость одиночества понять,
И, открывая страждущему двери,
С любовью боль чужой души принять,
Во глубину раскаянья поверив,
Надеждой светлой слёзы осушить,
За ближних перед Господом молиться,
Любви Христовой подвиг совершить,
И во Христе чужому стать сестрицей.
---
Чудесный кладезь — жития святых!
В рассказах скромных, искренних, простых
Начертан путь для жаждущих спастись,
Где каждый шёл своей стезёю ввысь,
Где вы, святые жители земли,
Блаженство Вечной жизни обрели.
Молитвенным предстательством храня,
Не отвергайте, грешную, меня.
Благословите и мои пути,
Чтоб Царство Вечной жизни обрести,
Смиренье, всепрощение, любовь,
Чтоб исцелил Господь и плоть, и кровь!
---
Помоги мне, Господи! Нынче мне невесело:
Скорби да гонения, страсти да враги.
Я от боли выцвела, голову повесила.
Помоги мне выстоять, Боже, помоги!
Горечь покаяния, радость причащения.
Небо распогодилось, солнца теплота.
Тихое смирение, долгое терпение.
В искреннем прощении духа высота.
Буди Врач мне, Господи, исцеленья жаждущей,
Миг преображения открываю я,
Помоги постигнуть мне, слабой, грешной, страждущей,
Божье Откровение, Тайну Бытия.
---
Восточная сказка для бабушки
Внучке Елизавете
Зимушка морозная, вьюги да метели,
В шубы белоснежные кутаются ели.
Мы привыкли к холоду и ветрам шальным,
Только не до радости старым да больным.
Не вожусь я с куклами, не играю в мяч:
Простудилась бабушка; жаль её, хоть плачь.
Я с больной бабулечкой рядом посижу,
Сказку ей восточную тихо расскажу.
Чтоб воспоминания согревали дом,
Покажу я бабушке памятный альбом.
… Мы от дел житейских отдохнуть хотим.
Вот на самолёте в Турцию летим.
Любит путешествия вся моя семья.
Вот в отеле звёздочном папа, мама, я.
Отпуск у родителей — славная пора!
Небо ярко-синее, солнце и жара,
Море очень тёплое, ласковый прибой…
А давай мы в Турцию полетим с тобой!
И тебе понравится летний отдых наш,
Пальмы и бассейны, и отличный пляж,
В ресторане кушанья дивной красоты,
Может, увлечёшься карвингом и ты.
Турция — восточная древняя страна,
Здесь своей историей дышит старина.
Предки-мусульмане, деды и отцы
Возвели мечети, храмы и дворцы.
Райское местечко есть в Памуккале:
Гейзер — чудо света в каменной скале.
А ещё душевный вызовут восторг
Улицы Измира и стамбульский торт...
Как бы ни манили дальние края,
Всё ж родней Россия, Родина моя.
Завтра эту сказку повторю я вновь,
Очень согревают ласка и любовь;
Только выздоравливай, только не скучай!
С мёдом и малиною приготовлю чай.
Выпей всё до донышка, милая моя!
Греет лучше солнышка дружная семья!
---
Живи, любовь!
Казённое больничное оконце.
Не разорвать беспомощности круг.
Свои лучи заботливое солнце
Мне тянет, как десятки добрых рук.
Прикроет раны небо голубое,
Остудит пламя жгучего огня,
И в мир иной я улечу с тобою,
Ты не уйдёшь и не предашь меня.
Враждебный голос вдруг прошепчет тихо,
Что я пустыми грёзами живу.
Ты не помог, когда мне было лихо,
Но я тебя прощаю и зову.
Спокойно ночь приникнет к изголовью.
Луна покой украсит серебром.
Мы за любовь расплатимся любовью,
И за добро расплатимся добром.
Лампада светом Лики озаряла.
И я молилась в полуночный час,
Чтоб на земле Любовь торжествовала,
Когда не будет памяти о нас.
---
Состояние души
Я пространство обретаю,
Белой птицею летаю.
Высоту и бесконечность
Открывает небосвод.
Ощутив мою беспечность,
В неизвестность тянет Вечность
И, свободой искушая,
К облакам меня зовёт.
Страсти, скорби, неудачи;
Веселюсь, страдаю, плачу.
От земной юдоли грешной
В мир нездешний и святой
Обращаю покаянье
И молю о воздаянье.
Может скоро, в жизни вечной,
Снова буду молодой?
Через муки, через боли,
Покоряясь Божьей воле,
Я по жизни быстротечной
Всё лечу, лечу, лечу!
Всё покорнее и тише.
Божий Глас душою слышу
И блаженство жизни вечной
Ощутить в себе хочу.
---
Детство моё! Радуги свет,
Первый шажок, маленький след.
Молится мать о грядущем пути:
— Господи-Боже! Дитя проведи.
Бог — впереди, я — посреди,
Божия Матерь идёт позади.
Труден, тернист путь мой земной.
Ангел-хранитель летит надо мной.
Быстро идут годы-года.
Я хороша, я молода,
В чреве — дитя, в сердце — любовь.
О, проведи, Господи, вновь!
Птицей летят годы-года.
Радость, успех, горе, беда...
Нам в утешение дети растут.
Труд да терпение всё перетрут.
Старость, несчастья, болезни, враги, —
Господи, всё одолеть помоги!
Верой святою душу спасу,
С помощью Божьей Крест донесу.
Слава Тебе, Жизни Творец!
Внуки да правнуки — славный венец.
Сжалься, помилуй, спаси, огради,
В Царство Небесное Сам проведи!
Бог — впереди, я — посреди,
Божия Матерь идёт позади.
В Небо уходит путь наш земной.
Смилуйся, Господи, Ты надо мной.
---
Светлой памяти поэта Александра Елизарова
Замкнутость вечного круга,
Данный Спасителем крест.
Письма умершего друга.
Божие Царство Небес.
Добрую память оставил.
В письмах — молитвы, стихи…
Если он в чём-то слукавил,
Боже, очисти грехи.
Замкнутость бренного круга,
Чувствую, словно броню.
Письма умершего друга
Бережно в сердце храню.
---
...И может, долетит до рая
Моя молитва и мольба.
(А. Елизаров)
Сиротливо мне сегодня:
Друг скончался в феврале,
После Сретенья Господня,
Словно свечка в алтаре
Он сгорел, растаял тихо,
Отошёл от мира прочь.
Было горько, больно, лихо,
И никто не мог помочь.
Одинокой птицей бился,
Обличал себя в грехах,
Порезал, терпел, молился,
Боль свою топил в стихах.
Сердце таяло, сгорая,
И душа жила в мольбе.
Может, долетят до рая
Все молитвы о тебе.
---
Поэзия — Крещенье и награда...
(А. Елизаров)
Сломленный житейской круговертью,
В сумрачном холодном феврале
Умер непостыдной тихой смертью
Друг мой, отстрадавший на земле.
Не принять мне факт твоей кончины:
Для меня ты — всё ещё живой.
Со стихами диск на именины —
Самый дорогой подарок мой.
Ты стихи, как исповедь, читаешь,
Ты прозре́дчел мир иной,
О Небесном Царствии мечтаешь,
Навсегда прощаешься со мной.
Мы бессильны пред Небесной Силой.
Все живём под Богом и творим.
Александра, Господи, помилуй
И причисли к праведным Твоим.
---
Время зрят в своём сердце пророки
И поэты, сжигая стихи...
(А. Елизаров)
Сколько жить на земле — никому неизвестно.
Время зрят в своём сердце пророк и поэт.
Жизнь тогда удалась, если прожита честно,
И в служении виден Божественный Свет.
Снова осень придёт — твоей жизни отрада,
Будут слёзы её у меня на щеках.
А тебя уже нет. Ты — поэт листопада,
Растворился в своих вдохновенных стихах.
Но больнее уже, чем до смерти, не будет:
Перед Богом за той безымянной чертой,
За которой Господь награждает и судит,
В райских кущах душа пред Святой Красотой.
Заискрится она счастьем Божьего Света.
Жизнь земная сложна и, увы, коротка.
На святом алтаре умирают поэты,
На земле оставляя стихи и века.
---
Нет места в Православии для смерти,
А смерть — лишь грань, лишь узкая межа
Меж суетой житейской круговерти
И вечным раем, где живёт душа,
Бессмертная, разлученная с телом,
Она уходит в Царствие Небес
В преображённом чистом свете белом —
Христос для всех воистину воскрес!
Мы чаем жизни будущего века.
Господь явился к людям во плоти,
Чтобы обойти тело человека
И показать к спасению пути.
Да будет воскресенье вечным раем!
Пусть нас не понимают мудрецы.
Мы всех усопших присно поминаем:
Достоблаженны братья и отцы.
Монастырские стены-развалины —
Эха прошлого гулкий приют.
О живущих, убитых, затравленных
Тихо души монахов поют.
Скорбны лики, потуплены очи;
С поднебесья — Всевышнего взор,
И поёт на окраине ночи
Монастырский и ангельский хор.
Сокровенное чувство блаженства!
Не могу ни вздохнуть, ни уйти.
И восходит Любви совершенство,
Растворяясь на Млечном пути.
Тихий шёпот и крыльев смятенье,
Голос Вечности тает в тиши.
Крепко держит земли притяженье
Крылья грешной усталой души.
— Сжалься, Отче! — в молитве взываю,
Сколько мук мне отпущено впредь?
Я смиренно на крест уповаю.
Может, счастье — сейчас умереть?!
Бог сомненья мои разрешает,
И свидетель Небесной Любви,
Божий Ангел, меня утешает:
— Не печалься, молись и живи.
---
Монахиням Шамординского монастыря: Александре, Лиониле, Никандре
Величие духовной высоты!
Глухая монастырская стена.
В приюте доброты и красоты
Божественно прекрасна тишина.
Я роскошь одиночества люблю.
Безмолвие дороже мне веселья.
Я шума городского не терплю,
Душе милей монашеская келья,
Чтоб мудрость одиночества понять,
И, открывая страждущему двери,
С любовью боль чужой души принять,
Во глубину раскаянья поверив,
Надеждой светлой слёзы осушить,
За ближних перед Господом молиться,
Любви Христовой подвиг совершить,
И во Христе чужому стать сестрицей.
---
Чудесный кладезь — жития святых!
В рассказах скромных, искренних, простых
Начертан путь для жаждущих спастись,
Где каждый шёл своей стезёю ввысь,
Где вы, святые жители земли,
Блаженство Вечной жизни обрели.
Молитвенным предстательством храня,
Не отвергайте, грешную, меня.
Благословите и мои пути,
Чтоб Царство Вечной жизни обрести,
Смиренье, всепрощение, любовь,
Чтоб исцелил Господь и плоть, и кровь!
---
Помоги мне, Господи! Нынче мне невесело:
Скорби да гонения, страсти да враги.
Я от боли выцвела, голову повесила.
Помоги мне выстоять, Боже, помоги!
Горечь покаяния, радость причащения.
Небо распогодилось, солнца теплота.
Тихое смирение, долгое терпение.
В искреннем прощении духа высота.
Буди Врач мне, Господи, исцеленья жаждущей,
Миг преображения открываю я,
Помоги постигнуть мне, слабой, грешной, страждущей,
Божье Откровение, Тайну Бытия.
---
Восточная сказка для бабушки
Внучке Елизавете
Зимушка морозная, вьюги да метели,
В шубы белоснежные кутаются ели.
Мы привыкли к холоду и ветрам шальным,
Только не до радости старым да больным.
Не вожусь я с куклами, не играю в мяч:
Простудилась бабушка; жаль её, хоть плачь.
Я с больной бабулечкой рядом посижу,
Сказку ей восточную тихо расскажу.
Чтоб воспоминания согревали дом,
Покажу я бабушке памятный альбом.
… Мы от дел житейских отдохнуть хотим.
Вот на самолёте в Турцию летим.
Любит путешествия вся моя семья.
Вот в отеле звёздочном папа, мама, я.
Отпуск у родителей — славная пора!
Небо ярко-синее, солнце и жара,
Море очень тёплое, ласковый прибой…
А давай мы в Турцию полетим с тобой!
И тебе понравится летний отдых наш,
Пальмы и бассейны, и отличный пляж,
В ресторане кушанья дивной красоты,
Может, увлечёшься карвингом и ты.
Турция — восточная древняя страна,
Здесь своей историей дышит старина.
Предки-мусульмане, деды и отцы
Возвели мечети, храмы и дворцы.
Райское местечко есть в Памуккале:
Гейзер — чудо света в каменной скале.
А ещё душевный вызовут восторг
Улицы Измира и стамбульский торт...
Как бы ни манили дальние края,
Всё ж родней Россия, Родина моя.
Завтра эту сказку повторю я вновь,
Очень согревают ласка и любовь;
Только выздоравливай, только не скучай!
С мёдом и малиною приготовлю чай.
Выпей всё до донышка, милая моя!
Греет лучше солнышка дружная семья!
---
Живи, любовь!
Казённое больничное оконце.
Не разорвать беспомощности круг.
Свои лучи заботливое солнце
Мне тянет, как десятки добрых рук.
Прикроет раны небо голубое,
Остудит пламя жгучего огня,
И в мир иной я улечу с тобою,
Ты не уйдёшь и не предашь меня.
Враждебный голос вдруг прошепчет тихо,
Что я пустыми грёзами живу.
Ты не помог, когда мне было лихо,
Но я тебя прощаю и зову.
Спокойно ночь приникнет к изголовью.
Луна покой украсит серебром.
Мы за любовь расплатимся любовью,
И за добро расплатимся добром.
Лампада светом Лики озаряла.
И я молилась в полуночный час,
Чтоб на земле Любовь торжествовала,
Когда не будет памяти о нас.
---
Состояние души
Я пространство обретаю,
Белой птицею летаю.
Высоту и бесконечность
Открывает небосвод.
Ощутив мою беспечность,
В неизвестность тянет Вечность
И, свободой искушая,
К облакам меня зовёт.
Страсти, скорби, неудачи;
Веселюсь, страдаю, плачу.
От земной юдоли грешной
В мир нездешний и святой
Обращаю покаянье
И молю о воздаянье.
Может скоро, в жизни вечной,
Снова буду молодой?
Через муки, через боли,
Покоряясь Божьей воле,
Я по жизни быстротечной
Всё лечу, лечу, лечу!
Всё покорнее и тише.
Божий Глас душою слышу
И блаженство жизни вечной
Ощутить в себе хочу.
---
Детство моё! Радуги свет,
Первый шажок, маленький след.
Молится мать о грядущем пути:
— Господи-Боже! Дитя проведи.
Бог — впереди, я — посреди,
Божия Матерь идёт позади.
Труден, тернист путь мой земной.
Ангел-хранитель летит надо мной.
Быстро идут годы-года.
Я хороша, я молода,
В чреве — дитя, в сердце — любовь.
О, проведи, Господи, вновь!
Птицей летят годы-года.
Радость, успех, горе, беда...
Нам в утешение дети растут.
Труд да терпение всё перетрут.
Старость, несчастья, болезни, враги, —
Господи, всё одолеть помоги!
Верой святою душу спасу,
С помощью Божьей Крест донесу.
Слава Тебе, Жизни Творец!
Внуки да правнуки — славный венец.
Сжалься, помилуй, спаси, огради,
В Царство Небесное Сам проведи!
Бог — впереди, я — посреди,
Божия Матерь идёт позади.
В Небо уходит путь наш земной.
Смилуйся, Господи, Ты надо мной.
---
Светлой памяти поэта Александра Елизарова
Замкнутость вечного круга,
Данный Спасителем крест.
Письма умершего друга.
Божие Царство Небес.
Добрую память оставил.
В письмах — молитвы, стихи…
Если он в чём-то слукавил,
Боже, очисти грехи.
Замкнутость бренного круга,
Чувствую, словно броню.
Письма умершего друга
Бережно в сердце храню.
---
...И может, долетит до рая
Моя молитва и мольба.
(А. Елизаров)
Сиротливо мне сегодня:
Друг скончался в феврале,
После Сретенья Господня,
Словно свечка в алтаре
Он сгорел, растаял тихо,
Отошёл от мира прочь.
Было горько, больно, лихо,
И никто не мог помочь.
Одинокой птицей бился,
Обличал себя в грехах,
Порезал, терпел, молился,
Боль свою топил в стихах.
Сердце таяло, сгорая,
И душа жила в мольбе.
Может, долетят до рая
Все молитвы о тебе.
---
Поэзия — Крещенье и награда...
(А. Елизаров)
Сломленный житейской круговертью,
В сумрачном холодном феврале
Умер непостыдной тихой смертью
Друг мой, отстрадавший на земле.
Не принять мне факт твоей кончины:
Для меня ты — всё ещё живой.
Со стихами диск на именины —
Самый дорогой подарок мой.
Ты стихи, как исповедь, читаешь,
Ты прозре́дчел мир иной,
О Небесном Царствии мечтаешь,
Навсегда прощаешься со мной.
Мы бессильны пред Небесной Силой.
Все живём под Богом и творим.
Александра, Господи, помилуй
И причисли к праведным Твоим.
---
Время зрят в своём сердце пророки
И поэты, сжигая стихи...
(А. Елизаров)
Сколько жить на земле — никому неизвестно.
Время зрят в своём сердце пророк и поэт.
Жизнь тогда удалась, если прожита честно,
И в служении виден Божественный Свет.
Снова осень придёт — твоей жизни отрада,
Будут слёзы её у меня на щеках.
А тебя уже нет. Ты — поэт листопада,
Растворился в своих вдохновенных стихах.
Но больнее уже, чем до смерти, не будет:
Перед Богом за той безымянной чертой,
За которой Господь награждает и судит,
В райских кущах душа пред Святой Красотой.
Заискрится она счастьем Божьего Света.
Жизнь земная сложна и, увы, коротка.
На святом алтаре умирают поэты,
На земле оставляя стихи и века.
---
Нет места в Православии для смерти,
А смерть — лишь грань, лишь узкая межа
Меж суетой житейской круговерти
И вечным раем, где живёт душа,
Бессмертная, разлученная с телом,
Она уходит в Царствие Небес
В преображённом чистом свете белом —
Христос для всех воистину воскрес!
Мы чаем жизни будущего века.
Господь явился к людям во плоти,
Чтобы обойти тело человека
И показать к спасению пути.
Да будет воскресенье вечным раем!
Пусть нас не понимают мудрецы.
Мы всех усопших присно поминаем:
Достоблаженны братья и отцы.
